1. З.Фрейд – основоположник психоанализа.

Родился в городке Фрайберг в Моравии (тогда провинция Австрии) 6 мая 1856 года. Поступил на медицинский факультет Венского университета в 1873 году. Работал в терапевтической, психиатрической клиниках Вены, у Шарко — в Париже, у Бернхайма — в Нанси. В 1881 г. получил степень доктора медицины. Вместе с Йозефом Брейером разработал катартический метод лечения неврозов. В 1895 г. вышла их книга «Исследования истерий». От нее принято вести историю психоанализа. С 1902 г. — профессор Венского университета.

Более сорока лет посвятил разработке теории и практике психоанализа. Работы: «Толкование сновидений» (1899), «Психопатология обыденной жизни» (1901), «Тотем и табу» (1913), «Лекции по введению в психоанализ» (1917), «Психология масс и анализ человеческого «Я» (1921), «Я» и «Оно» (1923), «Будущее одной иллюзии» (1927), «Неудовлетворенность в культуре» (1930) и другие. В 1930 году удостоен Премии Гете, в 1936 г. избирается иностранным членом Королевского научного общества (Лондон).

Фрейда называют и ученым, и провидцем, и основоположником нового направления в науке. С его именем связывают понятие бессознательного в психике человека. Его теория обогатила многие области современных знаний. Он оказал значительное влияние на психологию, медицину, социологию, антропологию, литературу и искусство XX века. Воззрения Фрейда на природу человека были новаторскими для его времени и на протяжении всей жизни исследователя не прекращали вызывать резонанс в научном сообществе. Интерес к теориям учёного не угасает и в наши дни.

В 1938 году, после вторжения нацистов в Австрию, стал узником гетто. Его лишили паспорта, конфисковали имущество, библиотеку. Международное психоаналитическое общество пыталось вызволить Фрейда. Фашисты потребовали выкуп. Одна из пациенток Фрейда, принцесса Мария Бонапарт, заплатила 100 тысяч шиллингов за его освобождение. Семья Фрейда переехала в Лондон, а четыре его сестры погибли в газовых камерах.

Среди достижений Фрейда наиболее важными являются разработка трёхкомпонентной структурной модели психики (состоящая из «Оно», «Я» и «Сверх-Я»), выделение специфических фаз психосексуального развития личности, создание теории эдипова комплекса, обнаружение функционирующих в психике защитных механизмов, психологизация понятия «бессознательное», открытие трансфера и контр-трансфера, а также разработка таких терапевтических методик, как метод свободных ассоциаций и толкование сновидений.

Несмотря на то, что влияние идей и личности Фрейда на психологию неоспоримо, многие исследователи считают его труды интеллектуальным шарлатанством[5]. Практически каждый фундаментальный для фрейдовской теории постулат был подвергнут критике со стороны видных учёных и писателей, псевдонаучной теорию Фрейда считал Карл Поппер.

За свою жизнь Фрейд написал и опубликовал огромное количество научных работ — полное собрание его сочинений составляет 24 том. Он имел звания доктора медицины, профессора, почётного доктора права Университета Кларка и являлся иностранным членом Лондонского королевского общества, обладателем премии Гёте, являлся почётным членом Американской психоаналитической ассоциации[ru], Французского психоаналитического общества и Британского психологического общества. Не только о психоанализе, но и о самом учёном выпущено множество биографических книг. Каждый год о Фрейде издаётся больше работ, чем о любом другом теоретике психологии.

Умер в Лондоне 23 сентября 1939 года.

 

 

 

 

2.Основные понятия фрейдизма.

Психика, психический аппарат, психическая деятельность. Психика рассматривается в психоанализе как процесс, а не как статичный предмет, несмотря на обыкновение Фрейда относить психические явления к психическому аппарату. В психоанализе принято считать, что психика находится в тесной связи с телом (телесными процессами). Несмотря на языковые традиции, которые заставляют говорить о теле и психике как о вещах различных, хотя и взаимодействующих, психоанализ содержит ряд понятий, которые связывают психологию с физиологией и биологией.

Психический аппарат – основное понятие фрейдистской метатеории. Концепции, касающиеся локализации психической деятельности в какой-либо части психического аппарата, называются топографическими; те, которые касаются изменения ее формы и взаимодействия частей, называются структурными; те, которые постулируют движение в ней энергии, называются экономическими.
Согласно психоаналитической теории, возможно два способа психической деятельности: сознательное и бессознательное, где первый способ имеет дело с “непосредственной данностью”, которую невозможно объяснить более полно с помощью каких-либо описательных методов, а второй способ – с той психической реальностью, которая не дана нам непосредственно и должна быть выявлена.

Сознательная психическая деятельность подчиняется “грамматике” вторичных психических процессов: действует на основе правил формальной логики, использует связанную энергию либидо и управляется принципом реальности (получение удовольствия достигается с учетом ситуации, существующей вокруг индивида). Сознательная деятельность протекает в рамках сознания.
Бессознательная психическая деятельность не осознается субъектом. Фрейд предполагал, что существуют два вида бессознательных процессов: те, которые легко могут быть осознаны, и те, которые осознаются крайне трудно. Первые процессы называют дескриптивно бессознательными (предсознательными). К ним относятся воспоминания, информация, умения, и т.п., которые не находятся в сознании в данный момент, но могут быть легко воспроизведены при необходимости. Вторая группа бессознательных процессов называется динамически бессознательными. К ним относятся воспоминания, фантазии, желания и т.п., о существовании которых можно только догадываться, или те, которые становятся осознанными только после устранения определенного сопротивления. Динамически бессознательные процессы подчиняются “грамматике” первичных психических процессов: присутствующие в них образы могут “сливаться” и легко замещают и символизируют друг друга; процессы используют подвижную энергию либидо, игнорируют категории пространства и времени и управляются принципом удовольствия (стремление получить удовольствие здесь и сейчас, невзирая на ситуацию; возможно галлюцинаторное удовлетворение желаний).
Фрейд считал, что первичные процессы онтогенетически и филогенетичеки более ранние, чем вторичные (отсюда и терминология) и полагал их неотъемлемым свойством слабую адаптивность. Все развитие Эго вторично по отношению к первичным процессам. Вторичные процессы, по его мнению, развиваются наравне и одновременно с Эго и вместе с адаптацией к внешнему миру. Вторичные процессы теснейшим образом связаны с вербальным мышлением. Пример первичных процессов – сновидения, вторичных – мышление. Грезы, образная и творческая деятельность, а также эмоциональное мышление представляют собой смешанные проявления обоих процессов.
Подобным образом взаимодействуют и принципы удовольствия и реальности. В младенческом возрасте существует лишь принцип удовольствия; принцип реальности приобретается и осваивается в процессе развития Эго человека.

Все психические процессы и структуры обладают, согласно теории Фрейда, особой формой психической энергии, которая определяет их деятельность, ее интенсивность и принимаемые формы. В качестве такой энергии Фрейд рассматривает энергию либидо.
Энергия либидо. Либидо в точном значении этого слова может быть определено как сама сексуальная энергия. С помощью этого термина сам Фрейд обозначал энергию стремлений, относящихся к тому, что определяется термином “любовь”. В ранних работах Фрейда либидо как сексуальной энергии противопоставляется энергия, свойственная влечению самосохранения, названному им “интересом”. В более поздних работах Фрейда эротическая энергия либидо противопоставляется разрушительному влечению к смерти.

Сначала Фрейд предполагал, что источник Либидо расположен в эрогенных зонах, позднее – во всем теле человека. (В еще более поздних работах говорится об Ид как об источнике энергии либидо.) Либидо может существовать в различных формах (оральной, анальной, генитальной) и связываться с различными структурами и процессами, которые, таким образом, становятся либидизированными.
Либидо проявляет себя в виде напряженности. Возрастание энергии либидо приводит к увеличению напряженности. Фрейд вводит понятие “застой либидо” для обозначения процесса накопления энергии, блокированной в своем движении, не имеющей возможности разрядки. В результате такого “застоя” возникает “резерв” либидо, который может выходить наружу через неврозы и психозы.

Особое качество либидо характеризует его способность к фиксации, застою, или к движению и мобилизации. Фрейд называл это качество “вязкостью” либидо и определял как “возможность фиксирования”.
Необходимо очертить круг объектов, на которые может быть направлена энергия либидо. Здесь Фрейд выявляет две основные составляющие: внешние объекты и Эго, отмеченное нарциссическим либидо.

Влечения и инстинкты. Хотя термин “инстинкт” и получил распространение в английском и русском переводах психоаналитических текстов, это не совсем то, что имел в виду Фрейд. Он никогда не использовал немецкий термин “Instinkt” по отношению к человеку, употребляя его только для описания влечений животных. Для характеристики человеческого поведения Фрейд пользовался термином Trieb, который можно перевести как “влечение”, “побуждающая сила” (drive в английском языке).

Фрейд был последовательным сторонником дуалистичной теории инстинктов и полагал, что все инстинкты могут быть разделены на две группы. В его ранних работах это были инстинкт самосохранения и сексуальный инстинкт; в работах, написанных после 20-х гг. это были инстинкт жизни и инстинкт смерти (саморазрушения).

Фрейд определил инстинкт следующим образом: его происхождение связано с источником возбуждения внутри организма, а проявляется он в качестве постоянной силы. Для Фрейда инстинкт – это не врожденные паттерны поведения в обычном понимании этого термина, а, скорее, часть стимуляции, которая исходит от тела. Согласно классической теории психоанализа, инстинкт имеет: а) биологический источник; б) импульс; в) цель; д) объект.
Фрейд предполагал, что источник инстинкта – строго соматический, но – его не удается найти в теле. Впоследствии Фрейд говорил, что поиск источника инстинкта не является “строго необходимым”.
Импульс инстинкта предполагает, что инстинкт имеет побудительный характер и обладает определенным запасом энергии, побуждающей человека к действию. Импульсный характер инстинкта составляет, согласно Фрейду, его суть.

Целью инстинкта является удовлетворение. Удовлетворение рассматривается как уменьшение напряжения, созданного возросшей энергией либидо, и отвечает состоянию “не напряженности” (принцип гомеостаза).

Объектом инстинкта является то, в чем или посредством чего инстинкт может достигнуть своей цели. Термин “объект” является весьма общим и соответствует различным реальным предметам. Под объектом может подразумеваться как внешний объект, личность или предмет, так и различные их части, обозначаемые в этом случае как “частные объекты”, отвечающие частным влечениям. Разнообразие объектов и отношений между ними — фиксации, переноса, распада – образуют область приложения психоаналитических исследований.

Неудача в нахождении объекта и достижении цели ведет к фрустрации инстинкта и к увеличению инстинктивного напряжения, причем повышение напряжения испытывается человеком как страдание. Это страдание ведет или к возрастанию активности в поисках разрядки или к активизации механизмов защиты для уменьшения напряжения.

В своем стихийном поиске удовлетворения инстинкт встречает препятствия, испытывает давление, приводящие его к различным исходам, которые Фрейд перечислил в следующем порядке: 1) обращение инстинкта в свою противоположность; 2) переориентация на самого субъекта; 3) вытеснение; 4) сублимация.

Первые два процесса часто смешиваются, поскольку обращение в свою противоположность может приводить к переориентации инстинкта на самого субъекта. Наиболее типичные такие превращения – трансформация активной позиции субъекта в пассивную, что можно видеть на примере антагонистических и взаимодополняющих друг друга пар: садизм – мазохизм и вуайеризм – эксгибиционизм.

Термин “вытеснение” является фундаментальным для фрейдистской теории бессознательного. В своем поиске объекта и удовлетворения инстинкт сталкивается с препятствиями различной природы, внешними и внутренними; когда нельзя избежать внутреннего барьера, субъект вынужден “отодвинуть” на задний план требования влечения или убрать его из области сознательного – вытеснить его. “Суть вытеснения, — пишет Фрейд, — заключается именно в этом: отодвинуть и держать на расстоянии”. Вытеснение действует как на непосредственно инстинкт (“первичное вытеснение”), так и на различные ассоциирующиеся с ним элементы, образы. Будучи вытесненным, инстинкт не теряет своего динамизма, скорее наоборот.

Фрейд писал, что “наша цивилизация построена на подавлении инстинктов”. Сексуальный инстинкт предоставил в распоряжение культуры огромное количество сил, и это происходит, несомненно, вследствие его ярко выраженной способности перемещать свою цель, не теряя при этом в интенсивности. Эту способность заменять цель сексуальной природы на другую, не сексуальную, но психически ей родственную, называют сублимацией. При сублимации инстинкта часто главную роль играют социальные факторы: мощная энергия инстинкта направляется в социально-приемлемое и полезное русло.

 

3.Структура личности по З. Фрейду.

Фрейд выделили 3 структурных компонента психической организации: ид (оно), эго (я), супер-эго.

1. Ид – основа для остальных проявлений личности. Оно является биологическим по своей природе и содержит в себе источник энергии для всей личности. Ид похоже на слепого короля, которой наделен неограниченной властью, но его доверенные советники (г. образом) эго указывают ему как и где использовать эту власть. Содержание ид почти полностью бессознательно и включает в себя примитивные мысли, которые никогда не осознаются или были отвергнуты, поскольку считались не приемлемыми. Но даже будучи отвергнутыми они обладают способностью воздействовать на поведение человека с неослабевающей силой и без контроля сознания.

2. Эго – часть личности, которая находится в контакте с реальностью. Она образуется из Ид. Его задача заключается в регулировании напряжения между внутренними (влечениями или инстинктами) и внешними раздражителя (то, что может удовлетворить их). Оно выбирает способ удовлетворения и более позднего его удовлетворения. В качестве примера можно привести привести покупку еды в магазине. Эго чувствует напряжение, возникающее от неудовлетворенной пищевой потребности.

3. Супер-Эго — представляет традиционные нормы, как их понимали родители. Образуется из Эго. Оно выступает в роли цензора поступков и мыслей для Эго. У него три ф-ции: совесть, самонаблюдение, формирование идеалов. Оно подавляет побуждения Ид. Это могут быть и ограничения, осуждения и запрещения. Причем все они бессознательны. Метафора — похоже на департамент полиции, который безошибочно определяет запретные влечения и карает за них. Достижение мирного сосуществования этих субстанций происходит с помощью защитных механизмов, о которым мы поговорим позже.

Развитие личности. Вероятно, Ф. был первым психологом-теоретиком, который подчеркнул особое внимание развитию личности. Он полагал, что развитие личности заканчивается к 5 годам, а весь последующий рост по большей части представляет развитие этой базовой структуры. К этому выводу он пришел, работая с пациентами, которые в процессе анализа возвращались к переживаниям детства. Он выделил 4 источника развития личности: процессы физиологического роста, фрустрации, конфликты и угрозы. Из-за них возникает напряжение, что приводит к тому, что человек овладевает все новыми способами снижения этого напряжения. Именно это овладение и было названо Ф. процессом развития личности.

Ф. описал 2 метода с помощью которых человек обучается разрешать фрустрации, конфликты и угрозы:

1) идентификация — принятие черт другого и включение их в собственную личность. Это помогает нам моделирую наше поведение по образу поведения других снижать напряжение. Обычно для идентификации выбираются те, кто нам кажется более успешными в удовлетворении своих потребностей, чем мы. Самыми важными их таких объектов являются родители. Пример: выбор партнеров.

2) смещение — когда изначальный объект, способный удовлетворить желание недоступен из-за внешних барьеров или внутренних запретов, то формируется новый объект. Такой процесс может происходить несколько раз пока, не будет найдет тот, который может снизить напряжение. Смешение, приводящее к высоким культурным достижения — сублимация.

 

4.Сновидения, как вытесненные желания.

Приняв понятие вытеснения и приведя факт искажения сновидения в связь с вытесненным психическим материалом, мы в состоянии указать в общих чертах на полученные из анализа сновидений главные результаты.

Понятные и осмысленные сновидения являются незамаскированными исполнениями желаний, т. е. ситуация сновидения представляет исполненным какое-нибудь вполне заслуживающее внимания желание, знакомое сознанию и оставшееся невыполненным наяву.

В неясных и спутанных сновидениях анализ обнаруживает нечто вполне аналогичное: ситуация сновидения опять изображает исполненным какое-нибудь желание, выплывающее всегда из скрытых мыслей; но представлено оно в неузнаваемом виде, так что только анализ в состоянии вскрыть его. При этом желание либо само вытеснено и чуждо сознанию, либо самым тесным образом связано с вытесненными мыслями и выражается ими.

Итак, формула этих сновидении такова: они суть замаскированные исполнения вытесненных желании. Любопытно отметить по этому поводу справедливость народного воззрения, рассматривающего сновидение как предсказание будущего. В действительности в сновидении проявляется не то будущее, которое наступит, а то, наступление которого мы желали бы; народный дух и здесь поступает так, как он привык поступать в других случаях: он верит в то, чего желает.

С точки зрения исполнения желаний сновидения бывают трех родов. Во-первых, сновидения, представляющие невытесненное желание в незамаскированном виде: таковы сновидения инфантильного типа, реже встречающиеся у взрослых. Во-вторых, сновидения, выражающие вытесненные желания в замаскированном виде: таково, пожалуй, огромное большинство всех наших сновидений, для понимания которых необходим анализ. В-третьих, сновидения, выражающие вытесненные желания, но без или с недостаточной маскировкой их. Эти сновидения постоянно сопровождаются страхом, прерывающим сон; страх выступает здесь вместо искажения сновидения; в сновидениях же второй категории страх устраняется работой сновидения. Можно без особых затруднений доказать, что представление, вызывающее теперь у нас во сне страх, было когда-то нашим желанием, а затем было вытеснено.

Существуют также ясные сновидения со страшным содержанием, которые, однако, не вызывают страха; поэтому их не следует причислять к сновидениям третьей категории. Такие сновидения служили всегда доказательством того мнения, что сновидения лишены всякого значения и психической ценности, но в таких случаях мы имеем дело с хорошо замаскированными исполнениями вытесненных желаний, т. е. со сновидениями второй категории;

 

5.Психопатология в повседневной жизни.

«Психопатология повседневной жизни» (19011904) — вторая после «Толкования сновидений» (1899) крупная компилятивная работа Зигмунда Фрейда, подтвердившая топическую модель психического аппарата (сознание / предсознательное / бессознательное) на примерах проявления бессознательного в повседневной жизни людей.

Следующий шаг в изучении бессознательного Фрейда сделал, обратив внимание на аномальные, но распространенные в повседневной жизни случаи. Фрейд показал, что т. н. парапраксис — различного рода оговорки, промашки, оплошности, нарушения речи, забывания, замещения одного слова другим — неслучайны и происходят вследствие подавления мысли, которую хотят спрятать в бессознательном (вытеснение).

Повторяемость, типичность этих явлений говорят о том, что в них проявляются какие-то устойчивые намерения бессознательного. Аномалии обыденного поведения отличаются от сна и истерических симптомов тем, что они непосредственно включены в ткань социальной жизни. Похоже, что они даже специально «выталкиваются» на социальную сцену, чтобы под благовидным предлогом «переиначить» то, что на ней происходит. Тем не менее, не принято осуждать и даже замечать оговорки, забывания и неловкие действия.

Забываются не только неприятные образы, но также яркие, радостные события, если воспоминание о них может вызвать чувство вины или конфликта с окружающей действительностью.

Многие психологи до Фрейда рассматривали забывание как естественный процесс, не требующий специального объяснения, или удовлетворялись ссылками на «усталость», «слабую память», «рассеянность». Фрейд, исходя из «закона сохранения» и принципа психологического детерминизма, стремится выяснить причину каждого конкретного забывания и обнаруживает, что в качестве таковой могут выступать чувство вины, угрызения совести, страх и т. п. Можно сказать, что забывание объясняется тайным желанием забыть.

Забываниями в значительной степени обусловлена меняющаяся эмоциональная окраска сознания, то тревожно-озабоченная, то радостная. Забывание или вытеснение — есть механизм защиты, который представлялся Фрейду главным принципом работы психики. Однако ясно, что если бы забывалось все неприятное, тревожащее и помнилось только приятное, это бы нарушило контакт человека с миром и, в конечном итоге, привело бы к умственному расстройству и увеличению страданий. Поэтому должны существовать психические инстанции, препятствующие вытеснению и требующие принимать страдание, как должное. Это — я («эго») и супер-ясупер-эго«). В отличие от оно («ид»), которое действует по принципу удовольствия (хочу — не хочу), я и сверх-я должны удерживать в памяти материал, безотносительно к его «эмоциональной окраске».

Удержание в памяти постыдных, вызывающих мучения совести событий обусловлено силой «сверх-я«. Удержание сведений эмоционально безразличных, но соответствующих реальности относится к функциям «я». Однако, «я» для запоминания и работы с материалом надо откуда-то черпать энергию. По Фрейду, эта энергия черпается из недр «оно», т. е. из инстинктивной сферы.

Предлагаемая Фрейдом модель личности («я» — «оно» — «сверх-я«) вместе с теорией вытеснения объясняет избирательность и направленность запоминания. Легкость и прочность запоминания зависят от значимости информации для человека. Память разрушается под влиянием регулярно испытываемых, постыдных, конфликтных переживаний. «Страх съедает душу». Таким образом, хорошая память, психическое здоровье, нравственность и логика поступков — неразрывно связаны.

Анализ забываний и других аномалий обыденной жизни — несомненная заслуга Фрейда. Но его концепция не бесспорна. Главное возражение против нее в том, что процессы концентрации и рассеивания информации, а, следовательно, процессы припоминания и забывания, синтез и распад продуктов психической жизни, по крайней мере, равновероятны, равновозможны. Способность помнить и способность забывать — необходимые компоненты душевного здоровья. Иногда усилие необходимо, чтобы вспомнить, а иногда — чтобы забыть! К тому же неверно представлять забывание как единичный, изолированный акт, не связанный с общими тенденциями изменения психики. Жизненные установки, ценностные ориентации, существенным образом влияют на процесс переработки информации, безотносительно к ее непосредственной эмоциональной значимости.

Подходя к забыванию с точки зрения общих физических законов, нельзя ограничиваться указанием на его конкретные причины. Забывание есть проявление универсальной тенденции рассеяния информации, т. е. функция энтропии. В этом смысле оно беспричинно, т. е. столь же естественно и фундаментально, как и сохранение информации. Забвение, исчезновение, смена старого новым — имманентны ходу времени. Нужны специальные усилия для того, чтобы сохранять и умножать информацию. Вытеснение нельзя представлять себе как механическое удаление из памяти ненужного. Забывание — сторона более сложного процесса «свертывания» информации, ее концентрации.

Анализируя оговорки, Фрейд обнаруживает и здесь механизмы смещения, сгущения, символизации, действующие через посредство смысловых ассоциаций, игры слов. Нечаянные действия, потери и «запрятывания» вещей он объясняет скрытым механизмом, бессознательным желанием. Несчастные случаи, связанные с самокалечением и приводящие иногда к гибели человека, Фрейд рассматривает, как проявление карающей функции «сверх-я«, совести. «Сверх-я«, действуя вопреки принципу удовольствия и даже инстинкту самосохранения, наказывает «оно», например, причиняя боль якобы «нечаянным» ударом головы о притолоку или поранением пальца кухонным ножом.

Психопатология обыденной жизни приводит к важному вопросу о душевном и психическом здоровье человека. Этот вопрос не был четко сформулирован Фрейдом. Его работы ориентированы, вообще говоря, исследовательской, а не лечебной целью. Фрейд воздерживался от формулирования критериев душевного здоровья. Скорее, он подчеркивал относительность различий между здоровьем и болезнью, нормой и патологией. И, тем не менее, психоанализ дает основание ставить вопрос о душевном здоровье не только в практически-бытовом, но и в социально-антропологическом плане.

 

 

 

6.Критика психоанализа.

Фрейдовский метод сбора данных неоднократно подвергался критике с разных сторон. Фрейд строил свои заключения на тех сообщениях, которые он получал во время психоаналитических сеансов. Стоит ли говорить о недостатках и субъективности подобного метода по сравнению с экспериментальным методом систематического сбора объективных данных при контролируемых условиях наблюдения? Рассмотрим подробнее те претензии, которые высказывались в адрес фрейдовского метода работы с эмпирическим материалом.

1. все свои наблюдения Фрейд проводил несистематическим и неконтролируемым образом. Он никогда не делал дословных записей сообщений пациента, а работал на основе отдельных заметок, производимых зачастую через несколько часов после окончания сеанса. Понятно, что часть исходных данных (сообщений пациента) неизбежно при этом терялась по причине несовершенства памяти и неустранимой возможности искажений и неполноты записей. Таким образом, исходные данные содержат в себе лишь то, что Фрейд сумел запомнить.

2. вполне вероятно, что, воспроизводя по памяти сообщения пациентов, Фрейд одновременно подвергал их некоторой интерпретации. Также возможно, что он был движим желанием найти материал, подтверждающий его идеи. Другими словами, возможно, что он слышал и запоминал лишь то, что хотел услышать. Конечно, нельзя исключать и такую возможность, что все заметки и записи Фрейда абсолютно точны. Но в любом случае проверить это невозможно, поскольку исходные записи отсутствуют.

3. существуют определенные расхождения между исходными заметками Фрейда, сделанными непосредственно после терапевтических сеансов, и теми историями болезни, которые он впоследствии опубликовал и которые, якобы, основываются на тех же самых заметках. Один из исследователей провел тщательное сравнение тех и других источников и обнаружил ряд расхождений. Среди них можно назвать более длительное, чем сообщалось, время анализа, неточное воспроизведение последовательности вспоминаемых во время сеанса событий, а также сделанные без достаточных оснований сообщения об успешном излечении пациентов (Eagle. 1988; Mahony. 1986). В настоящее время уже невозможно определить, были ли эти искажения сделаны Фрейдом осознанно для того, чтобы представить больше доказательств в свою пользу, или же они происходят из его собственного бессознательного. Историки науки уже не могут провести подобные исследования на более широком материале, поскольку большинство исходных материалов своих пациентов Фрейд уничтожил.

Кроме того, после разрыва с Брейером Фрейд опубликовал описания только шести историй болезни, причем ни одно из них не содержит в себе каких — либо решающих свидетельств в пользу его системы психоанализа. «Некоторые случаи являются столь сомнительным подтверждением психоаналитической теории, что вообще не понятно, зачем Фрейд их публиковал… Описания двух случаев не полны, а проведенное лечение — явно неэффективно… В третьем случае лечение в действительности проводил не сам Фрейд» (Salloway. 1992. P. 160).

Можно привести и четвертое возражение против фрейдовского метода сбора данных. Даже если предположить, что велись дословные записи всех сообщений пациентов, все же остается неясной степень точности самих их сообщений. Фрейд совершил несколько попыток проверить сообщения пациентов о своих детских переживаниях. Его критики отмечают, что следовало бы более тщательно изучить достоверность сообщений путем опроса родственников и друзей пациентов. Таким образом, исходный момент в построении любой теории — сбор данных — в данном случае может быть охарактеризован как неполный, несовершенный и неточный.

Что касается следующей ступени теоретического исследования — выводов и обобщений — здесь также невозможно сказать что — либо определенное, поскольку Фрейд никогда не разъяснял тех причин, по которым он делал те или иные выводы. А поскольку его исходные данные не поддаются количественному или статистическому анализу, историки также не в состоянии определить степень их надежности или статистической достоверности.

Уязвимы для критики и базовые допущения Фрейда относительно природы человека. Даже его последователи признают, что он часто противоречил сам себе, а его определения базовых понятий — таких, как ид, эго и супер — эго, — недостаточно ясны. Впрочем, это обстоятельство признавал и сам Фрейд. В поздних своих работах он отмечал трудности строгого определения некоторых идей.

Многие исследователи не принимали взглядов Фрейда на природу женской психики. Он полагал, что женщины имеют менее развитое супер — эго, а также подвержены чувству неполноценности, потому что у них отсутствует пенис. Одна из заметных представителей психоаналитического движения — Карен Хорни — даже покинула фрейдовский круг по причине несогласия с этими положениями. Она создала собственный вариант психоанализа, который исходит из прямо противоположного предположения: не женщины завидуют наличию у мужчин пениса, а, наоборот, мужчины завидуют тому, что у женщин имеется матка. Многие современные психоаналитики признают, что по большей части представления Фрейда о психосексуальном развитии женщины бездоказательны, а то и вовсе неверны.

Другие неофрейдисты подвергли критике фрейдовское неприятие свободы воли и его преимущественную сосредоточенность на прошлом опыте в ущерб анализу надежд человека и его целей на будущее. Третьи критиковали то обстоятельство, что Фрейд строил свою теорию личности на основании наблюдений за невротиками, оставляя без внимания эмоциональную жизнь здоровых людей. Все эти возражения впоследствии послужили различным исследователям основанием для создания собственных вариантов теории личности. Появление подобных альтернативных теорий в лагере психоаналитиков в итоге привело к оформлению в рамках фрейдизма нескольких конкурирующих направлений.

 

7.Неофрейдистские концепции.

Неофрейдизм – развитие социально-культурных аспектов психоанализа. Представители: Карен Хорни, Гари Стен Салливен, Эрих Фромм. Они отвергают пансексуализм Фрейда, подчеркивают культурную и социальную обусловленность неврозов, рассматривают возможные пути выхода из них путем изменения отношения человека к себе и другим людям.

Карен Хорни пришла к выводу, что те явления, которые Фрейд связывал с биологическими, инстинктивными, а потому общечеловеческими проявлениями на самом деле характерны для определенной “культуры, эпохи, класса и пола”. Она так же в корне несогласна с фрейдовской теорией женской психологии, с его утверждениями о женской неполноценности и мужском превосходстве, находивших свое выражение в рассцждениях по поводу зависти к пенису и т.п. Кроме того она считает, что следует отказаться от структурного деления психики ня “оно”, “я” и “сверх-я”и теорий, сформированных на их основе (либидо, предопределяющая роль детства, эдипов комплекс и т.п.). Вместо фрейдовского либидо и агрессивных инст. стремлений она выдвигает “стремление к безопасности” и “стпремление к удовлетворению”, которые являются отчасти врожденными, отчасти приобретенными, не уточняя, от какой части. В некоторых местах она называет эти стремления “эмоциональными”. Все это, вмевте с тем, относится к среднему классу и нителлигенции США середины XX века. В конечном итоге Хорни постулирует бессознательную аффективную мотивацию, необходимость подавления и механизм подавления с пом. противоречивых и несовместимых импульсов, стремлений и т.п., защитные механизмы и окольные пути для проникновения подавляемого материалла в сознание, концепцию ожесточенного сопротивления проникновению подавл. импульсов в сознание.

Э. Фромм разрабатывал проблему счастья человека, возможностей его достижения, дал анализ двух основных способов существования – обладания и бытияентральной проблемой является проблема идеала и реальности в конкретной жизни человека. По Фромму, человек осознает себя как особое существо, отделенное от природы и других людей, своего физического тела и лиц другого пола., то есть осознает свою совершенную отчужденность и одиночество, что составляет основную проблему человеческого существоваиня. В качестве единственного ответа на проблемы человеческого существования Фромм называет любовь, как “конечную и реальную потребность каждого человеческого существа”. Пути удовлетворения этой основной потребности и выражается в двух основных способов существования. Стремление иметь ® Потребительское общество, невозможность удовлетворить всё возрастающие потребности человека в потреблении. Разделение обладания на экзистенциальное (не противоречащее ориентации на бытие) и характерологическое, выражающее направленность на обладание.

Гарри Стек(н) Салливен не получил специального психоаналитического образования и не принял фрейдовскую терминологию. Он выработал свою собственную систему и терминологию. Тем не менее его концептуальная схема повторяет в общих чертах реформированный психоанализ Хорни и Фромма.

Вильгельм Райх поставил поблему сексуальности в центр своего внимания и признал необходимость полного сексуального раскрепощения человека, выдвинув идею “сексуальной революции”то означало установление подлино человеческих (естественных) взаимоотношений в любви, труде и познании.

Эго-психология: Анна Фрейд, Эрик Эриксон. Здесь основное внимание уделяется формированию Я, образа Я, защитных механизмов и т.п.

Французский постфрейдизм” Жана Лакана. Изучение проявлений бессознательного в различных языковых реалиях. Само бессознательное, по мнению представителей этой школы, является особым языком.

 

8.Аналитическая психология К. Юнга.

К.Юнг (1875 — 1961) отверг пансексуализм Фрейда. Отличительные черты его теории:-сочетание каузальности (обусловленности поведения индивидуума индивидуальной и расовой историей) и телеологии (обусловленностями поведения целями и стремлениями); -поведение детерминировано не только прошлым, но и будущим (целями); -судьба – не бесконечное повторение инстинктуанальных тем, а беспрерывное, часто креативное развитие, поиск целостности и завершенности. Юнг придавал огромное значение расовым и филогенетическим основаниям личности. Индивидуальная личность – продукт и вместилище родовой истории. Основания личности архаичны, примитивны, природны, бессознательны и, возможно, универсальны. Фрейд выделяет инфантильные истоки личности, Юнг – расовые.

Структура личности по Юнгу выглядит следующим образом: ЭГО – сознательный ум (перцепции, воспоминания, мысли, чувства) как центр сознания. Личное бессознательное – переживания, бывшие некогда сознательными, но вытесненные, подавленные и т.д. Содержание личного бессознательного доступно сознанию. Комплексы – организованная группа мыслей, чувств, перцепций. воспоминаний, существующая в личном бессознательном. У него есть ядро, притягивающее различные переживания. Комплекс может вести себя как самостоятельная личность, с собственной ментальной жизнью и движением. Ядро и многие ассоциированные элементы в каждый момент времени бессознательны, но могут стать сознательными. Коллективное бессознательное – наиболее влиятельная психическая система, хранилище скрытых воспоминаний, унаследованных от предков (расовая история и опыт животных предков). Оно почти полностью отделено от личного в жизни индивидуума и , по-видимому. универсально. В виде коллективного бессознательного наследуется не опыт, а возможность повторного переживания опыта, например, страха перед змеями. Архетип – универсальная мыслительная форма (идея), содержащая значительный эмоциональный элемент. Архетип – структурный компонент бессознательного. Подобные мыслительные формы создают образы, соответствующие неким аспектам сознательной ситуации (например, архетип матери). архетипы могут и смешиваться в коллективном бессознательном: например, архетип героя + архетип мудрого старца = король-философ. Некоторые архетипы развились так, что могут уже именоваться отдельными системами внутри личности: -персона – роль, предписанная человеку обществом или внутренними архетипическими потребностями; она тождественна публичной личности, в противоположность личности собственной; —анима и анимус (идея бисексуальности всехъ организмов); ориентирует на понимание другого пола через свой анимус или аниму; -тень – животные инстинкты, унаследованные людьми от низших форм жизни в ходе эволюции. Она ответственна за появление в сознании и поведении неприятных и социально-неодобряемых мыслей, чувств и действий; Самость – центр личности, вокруг которого формируются остальные системы. Она удерживает их вместе, обеспечивает личностное единство, равновесие и стабильность. Реализация самости — цель жизни (примеры – Христос и Будда). Вышеназванные системы могут компенсировать друг друга, противостоять друг другу, либо объединятся.

У человека есть установки: экстравертивная либо интровертивная.

Психологические функции он выделял следующие: рациональные (мышление – понимание сущености мира и чувство – оценочная функция) и иррациональные (ощущение – перцептивная функция и интуиция – восприятие на основе бессознательных процессов и содержаний). Обычно у человека одна из функций развита больше остальных – основная, вторая по развитости функция – дополнительная. Наименее дифференцированная функция называется низшей, она вытеснена и бессознательна. Равная дифференцированность функций возможна только в полностью актуализированной самости. Юнг ввел понятия ценности объекта = количество энергии. вложенной в него. Психодинамика подчиняется законам сохранения энергии (принцип эквивалентности) и принципу энтропии.

Методы:

-словесных ассоциаций в сочетании с физиологической фиксацией эмоциональных реакций;

-амплификации – ассоциации не уходят от предмета сновидения, а образуют констелляцию, многогранно отражая его;

-анализ серии сновидений;

-активного воображения: сосредоточить внимание на образе и посмотреть, что с ним произойдет – просто пронаблюдать.

 

9.Понятие архетипа.

АРХЕТИП (от греч. arche – начало и typos – образ) – прообраз, первоначальный образ, идея. Понятие архетипа широко используется в аналитической психологии К.Г. Юнга (1875–1961) для характеристики всеобщих образов коллективного бессознательного.

Выражение «архетип» встречалось в древности у Филона Иудея по отношению к образу бога в человеке. В философии Платона под архетипом понимался умопостигаемый образец, беспредпосылочное начало (эйдос). В средневековой религиозной философии (схоластике) – природный образ, запечатленный в уме. У средневекового теолога Августина Блаженного – исконный образ, лежащий в основе человеческого познания.

Архетип – универсальная мыслительная форма (идея), содержащая значительный эмоциональный элемент. Архетип – структурный компонент бессознательного. Подобные мыслительные формы создают образы, соответствующие неким аспектам сознательной ситуации (например, архетип матери). В аналитической психологии К.Г. Юнга архетипы – это бессознательные образы самих инстинктов или образцы инстинктивного поведения. Архетипы – системы установок, являющиеся одновременно и образцами и эмоциями. Это как бы корни, пущенные в мир в целом. По выражению К.Г. Юнга, архетипы являются «психическими аспектами структуры мозга». Они формируют инстинктивные предубеждения и в то же время представляют собой действенные средства инстинктивного приспособления к миру. Наряду с инстинктами архетипы являются врожденными психическими структурами, находящимися в глубинах коллективного бессознательного и составляющими основу общечеловеческой символики.

Разъясняя свои представления об архетипах, К.Г. Юнг высказывал различные соображения на этот счет. Во всяком случае, архетипы, по его мнению, представляют собой:

врожденные условия интуиции, то есть те составные части всякого опыта, которые априорно (до опыта) его определяют;

пустые, формальные элементы, выступающие в качестве априорно данной возможности определенной формы представлений;

элементы психической структуры, являющиеся жизненно важным и необходимым компонентом жизнедеятельности;

автономные прообразы, бессознательно существующие в универсальной предрасположенности человеческой психики;

нерушимые элементы бессознательного, которые постоянно изменяют свою форму;

готовность снова и снова репродуцировать те же самые или сходные мифические представления; многократно повторяющиеся отпечатки субъективных реакций;

не только отпечатки постоянно повторяющихся типичных опытов, но и эмпирически выступающие силы или тенденции к повторению тех же самых опытов;

динамические образы объективной психики;

сосуды, которые никогда нельзя ни опустошить, ни наполнить;

непоколебимые элементы бессознательного, постоянно изменяющие свой облик;

первобытные формы постижения внешнего мира;

внутренние образы объективного жизненного процесса;

психические органы, присущие всем людям;

вневременные схемы или основания, согласно которым образуются мысли и чувства всего человечества и которые изначально включают в себя все богатство мифологических тем и сюжетов;

коллективный осадок исторического прошлого, хранящийся в памяти людей и составляющий нечто всеобщее, изначально присущее человеческому роду.

По мнению К.Г. Юнга, архетип определяется не содержанием, а формой. Сам по себе он пуст, бессодержателен, но обладает потенциальной возможностью приобретать конкретную форму. Причем форму архетипа можно уподобить осевой системе кристалла, чья праформа определяется до материального существования, не обладает никаким вещественным бытием, но способствует образованию некоего кристалла в растворе щелочи. Подлинная природа архетипа не может быть осознана, она является психоидной. Будучи бессознательной праформой, принадлежащей унаследованной структуре, архетип является также психической предпосылкой религиозных воззрений.

Согласно К.Г. Юнгу, коллективное бессознательное включает в себя разнообразные архетипы, к которым относятся Анима (женский образ у мужчины), Анимус (мужской образ у женщины), Тень (низменное, примитивное в человеке, его темные аспекты и негативные стороны), Самость (целостность личности, верховная личность), Мать («прамать» и «земная мать»), Великая Мать (образ матери, наделенный чертами мудрости и колдовской ворожбы, доброй и злой феи, благожелательной и опасной богини), Ребенок (включая юного героя), Божественный ребенок (младенец-Иисус и другие образы, репрезентирующие бессознательный аспект детства коллективной души), Старик (образ мудреца, доброго духа или злого демона), Мана-личность (существо, наделенное магическими знаниями, силами и проявляющее оккультные качества) и другие. Все они имеют архаический характер и могут быть рассмотрены как своего рода глубинные, изначальные образы, которые воспринимаются человеком только интуитивно и которые в результате его бессознательной деятельности проявляются на поверхности сознания в форме различного рода видений, символов, религиозных представлений. Архетипы находят свое воплощение в мифах, сказках, сновидениях и психотических продуктах фантазии. Они служат питательной почвой для воображения, составляют исходный материал для произведений искусства и литературы.

Типичным примером архетипа может служить мандала, которая изображается в форме магического круга с вписанными в него крестами, ромбами и квадратами или обнаруживается в алхимическом микрокосмосе. Она выступает в качестве современного символа, дающего представление о всеобщности и единстве, упорядоченности и целостности душевного мира.

С точки зрения К.Г. Юнга, архетипы всегда были и по-прежнему остаются «живыми психическими силами», которые требуют, чтобы их воспринимали всерьез. Они всегда несли защиту и спасение, а их разрушение приводит к потере души. Более того, архетипы неизменно являются «причинами невротических и даже психотических расстройств». Так, архетип Ребенка, воображаемого младенца является распространенным явлением среди женщин с психическими расстройствами, а множественность младенцев (лилипутов, карликов) репрезентирует продукты распада личности и диссоциацию, характерные для шизофрении. Архетип Матери может символизировать расстройство детской психики, предрасположенность к неврозу, если, например, дети очень заботливой матери постоянно видят ее во сне в образах ведьмы или ужасного животного.

Терапевтическая задача состоит не в том, чтобы отрицать архетипы, а в том, чтобы, по словам К.Г. Юнга, «разрушить их проекции и возвратить их содержание личности, которая невольно утратила его в силу этой проекции архетипов вовне».

 

10.Индивидуальная психология А. Адлера.

А.Адлер (1870 — 1937) также отверг пансексуализм Фрейда. Основными положениями его теории явились наличие социального интереса и стремление человека к превосходству. Он создал индивидуальную психологию, полагая, что человек изначально, врожденно социален, и человеческая мотивация является социальным поведением. “Я” у Адлера креативно. Это высоко персонализированная креативная система, интерпретирующая и осмысливающая опыт организма. “Я” ищет и создает опыт, который поможет в осуществлении уникального жизненнго стиля личности. В его теории акцент делится на уникальности личности, как системе мотивов, черт, интересов, ценностей. Люди стремятся к развитию уникального жизненного стиля. По его мнению, не сексуальность, а чувство неполноценности занимают центральное место в личности и выступают факторами развития каждого человека. С чувством неполноценности связана постановка жизненной цели. Она вырабатывается индивидуально, как компенсация конкретной неполноценности, и задает индивидуальную личностную структуру, “стиль жизни”. Он формируется к пяти годам, во многом под влиянием внешних условий, и в дальнейшем определяет ассимиляцию переживаний. Социальный интерес развивается в трех основных сферах: профессиональной, социальной и в браке. Цель социального интереса – совершенство общества как компенсация индивидуальной слабости.

Взгляды на движущую идею личности претерпели у адлера эволюцию от понимания под таковой агресии до стремления к превосходству, затем стремления к власти впонимании превосходства как “совершенной исполненности” личности. Метод Адлера – терапевтическая практика.

Главные ключевые принципы его теории можно разделить на: 1) чувство неполноценности и компенсация; 2) стремление к превосходству; 3) стиль жизни; 4) социальный интерес; 5) творческое Я; 6) порядок рождения; 7) фикционный финализм.

Одним из основополагающих трудов теории личности Адлера является «Практика и теория индивидуальной психологии». Среди других его значительных работ можно отметить «Исследование физической неполноценности и ее психической компенсации», «Невротическая конституция», «Смысл жизни», «Постижение человеческой природы», «Наука жизни», «Социальный интерес: вызов человечеству», «Образ жизни».

 

11.Движущие силы личности в концепции Э. Фромма.

Развитие личности реализуется в деятельности, управляемой системой мотивов, присущих данной личности. Деятельностно-опосредованный тип взаимоотношений, складывающийся у человека с самой референтной группой (или лицом),- определяющий, ведущий фактор развития личности. Как предпосылка и результат развития личности выступают потребности. Его движущей силой служит внутреннее противоречие между растущими потребностями и реальными возможностями их удовлетворения. Система отношений межличностных в группах порождает противоречие между потребностью индивида в персонализации и объективной заинтересованностью группы референтной принимать лишь проявления его индивидуальности, соответственные ценностям, задачам и нормам функционирования и развития этой общности. Это противоречие снимается в деятельности совместной.

Общество, начиная с периода разделения труда, во все большей степени способствует отчуждению человека в такой степени, что формирует отчужденную и, в конечном счете, больную личность. Тем не менее, общество создано людьми для того, чтобы сущностная природа человека могла воплотиться. И если до настоящего времени ни одно общество не обращено в полной мере к базовым потребностям человека, то такое общество может быть создано. Ведущую роль для понимания личности играют «человеческие потребности» (в связи с другими, трансценденции, в укорененности, в идентичности, в системе ориентации). «Понимание человеческой души должно основываться на анализе человеческих потребностей, вырастающих из условий существования. Эти новые потребности чисто человеческие, — их нет у животных. Они объективны; их нельзя вывести из того, что люди говорят о них. Не порождаются эти потребности и обществом; скорее они укореняются в людях эволюционно. Вопрос о потребностях человека естественно подводит к условиям и способам их удовлетворения, об отношениях его и общества. Фромм считает, что специфические проявления этих потребностей и способы реализации внутреннего потенциала человека детерминируются социальным порядком жизни людей. Личность человека адаптируется к возможностям, предоставляемым конкретным обществом. К примеру, в капиталистическом обществе человек может обрести чувство идентичности, став богатым. Он может также развить чувство укорененности, став зависимым и облеченным доверием служащим богатой компании. Приспособление человека к обществу обычно представляет компромисс между внутренними потребностями и внешними требованиями и обретает форму социального характера, который находится в соответствии с требованиями общества. Функция социального характера заключается в методах формирования и направление человеческой энергии так, чтобы общество могло жить и развиваться.

 

12.Механизмы «бегства от свободы».

Фроммовский психоанализ основан на наблюдении индивидов и последующем переносе полученных результатов на социальные группы. Более того, для этого необходимым является изучение явлений, наблюдаемых у невротиков, так как, по Фромму, эти явления не отличаются в принципе от явлений, наблюдаемых у нормальных людей, только протекают они более остро. Нормальный человек у Фромма—человек, способный играть социальную роль, отведенную ему в обществе и способный принимать участие в воспроизводстве общества, то есть способный создать семью. В классической же психологии нормальным считается человек, хорошо приспособленный к жизни в обществе. Но поскольку хорошая приспособленность достигается зачастую путем отказа от собственной личности, и, наоборот, безуспешные попытки спасти индивидуальность приводят, как правило, к появлению невротических симптомов, получается, что человек, нормальный в смысле приспособленности, часто менее здоров в смысле человеческих ценностей. Общество не может быть невротическим в смысле невыполнения индивидами своих социальных функций, оно бы попросту не смогло существовать, другое дело—невротичность общества с точки зрения человеческих ценностей. Психологические механизмы, рассматриваемые Фроммом, есть механизмы бегства от свободы, возникающие из неуверенности изолированного индивида. Такая ситуация складывается, как правило, в обществах, неблагоприятных для человеческого счастья и самореализации.

При нарушении связей, обеспечивающих уверенность, у индивида имеется два пути. Первый—спонтанно связать себя с окружающим миром через любовь и труд, через проявление всех своих способностей, обретая таким образом единство с людьми, миром и самим собой, не отказываясь от независимости своего «я»—в терминах Фромма это путь, ведущий к позитивной свободе. Второй—отказ от свободы в попытке преодоления возникшего одиночества. Этот путь, путь к негативной свободе, не в силах обеспечить индивиду былое единение и спокойствие, так как отделенность от прошлого неизбежна; путь это связан с отказом от своей индивидуальности, он смягчает тревогу и делает жизнь терпимой, но проблемы не решает. При избрании последнего пути жизнь превращается в автоматическую деятельность, не имеющую цели и неспособную дать результат.

Механизмов бегства от свободы:

1. отказ от своей личности и связь ее с какой-либо внешней силой для получения силы, не достающей индивиду. Эти механизмы выражаются в мазохистских и садистских тенденциях, которые имеют место быть как у невротиков, так и у нормальных людей, но выражены в разной степени. Наиболее частое проявление мазохистских тенденций—чувства собственной неполноценности, беспомощности. Встречаются и изощренные формы мазохизма, когда какое-либо стремление усердно маскируется индивидом или, например, оправдывается его абсолютной неизбежностью в данных обстоятельствах.

В характерах подобного типа могут наблюдаться и садистские тенденции. Условно их можно поделить на три типа: 1) стремление к получению власти над людьми, 2) стремление к поглощению материальных и моральных богатств людей, 3) стремление причинять другим страдания. Садистские тенденции, естественно, рационализируются еще больше, ибо они уже не столь безобидны, как мазохизм. Садисты обладают столь же сильной привязанностью к своим жертвам, как и мазохисты к своим реальным или виртуальным мученикам.

Наблюдения за мазохистами помогли Фромму установить, что все они переполнены страхом одиночества; страх этот может быть неосознанным или замаскированным, но он есть, и обусловлен он негативной свободой. Мазохизм же есть один из путей избавиться от этого страха за счет снятия с себя бремени свободы, другими словами—отказа от собственной личности.

Мазохистские узы являются вторичными узами—«спасательным кругом» для личностей, подавленных чувствами тревоги, сомнения, бессилия; в отличие от первичных уз, существующих до завершения процесса индивидуализации. Попытки получить свободу из вторичных связей обречены на провал, так как индивид в принципе не может слиться с той силой, к которой он «прилип». Что касается садизма, то одно из его проявлений—жажда власти—коренится в психологической слабости, в неспособности личности выстоять в одиночку.

Говоря об авторитарном характере (слово «авторитарный» Фромм употребляет вместо «садомазохистский» дабы устранить двоякое толкование), Фромм отмечает, что наиболее специфической его чертой является отношение к власти и силе. Для авторитарного характера люди делятся на сильных и бессильных. Сила привлекает и вызывает готовность подчиниться, бессилье вызывает ярость и желание унизить, растоптать человека. Другая характерная особенность—тенденция сопротивляться власти, даже если власть доброжелательна и нерепрессивна по своей натуре. Авторитарный характер любит условия, ограничивающие свободу человека, он с удовольствием подчиняется судьбе. Общая черта всего авторитарного мышления заключается в убеждении, что жизнь определяется силами, лежащими вне человека, за пределами его интересов и желаний. Активность людей с авторитарным характером основана на глубоком чувстве бессилия, которое они пытаются преодолеть. Авторитарная философия является нигилистической и релятивистской, в ней отсутствует понятие равенства.

Особое внимание Фромм уделяет описанию такой формы зависимости, когда вся жизнь человека связывается с какой-либо внешней силой, которая надежно защитит его от всех напастей—«волшебным помощником», что связано с подавлением экспансивности и спонтанности ребенка и вытекающим отсюда беспокойством.

2. разрушительность, имеет те же корни, что и садомазохизм, но принципиально отличается тем, что целью ее является уничтожение объекта: от чувства собственного бессилия можно с легкостью избавиться, разрушив весь мир вокруг, а то, что при этом индивид окажется в полном одиночестве, нисколько не противоречит его целям—это идеальное одиночество, когда угроза разрушения отсутствует вовсе. Разрушительность бывает двух видов: реактивная—в ответ на агрессию извне, что естественно, и активная, постоянно живущая в индивиде и только ждущая повода для своего проявления. Если разрушительность не имеет под собой причин, человек считается психически нездоровым, однако, как и в случае с садомазохизмом, разрушительность часто рационализируется. В случае, если не удается найти объект реализации разрушительных тенденций индивида, они могут быть направлены на него самого и привести к попытке самоубийства. Источником этих негативных тенденций также могут быть тревога и скованность. 3. полное отрешение от мира или «психологическое самовозвеличение» до такой степени, что мир становится мал по сравнению с человеком, однако они не представляют интереса в смысле общественной значимости.

4. индивид полностью усваивает тип личности, предлагаемый ему обществом и перестает быть самим собой. Способ этот характерен для нормальных людей в общепринятом смысле этого слова, однако в этом случае возникает противоречие с представлениями о нашей культуре, одно из которых заключается в том, что большинство членов общества—личности свободные и независимые.

То же самое касается чувств и желаний. Люди настолько привыкают носить поведенческие маски, что по прошествии времени сами начинают верить в то, что им навязывается—обществом, по долгу службы, по политическим соображениям и другим мотивам. Фромм показывает это на примере студента-медика, человека, собирающегося жениться и «веселого» господина. Установить псевдохарактер их чувств Фромму помог анализ сновидений. Замещение истинной личности псевдоличностью ставят индивида в неустойчивое положение, лишая его уверенности в себе через потерю своего «я».

 

13.Эго-психология Э. Эриксона.

С одной стороны, Эриксон придерживался психоаналитических представлений о значении адаптации человека к своему социальному окружению, признавал биологические и сексуальные основы возникновения мотивационных систем и личностных качеств, опирался на структурную модель личности, разработанную Фрейдом. Так же как и Фрейд, Эриксон считал, что стадии развития личности предопределены генетически, порядок их развертывания по мере созревания неизменен. Психосоциальные задачи развития в разных культурах имеют сходный характер, они универсальны для всего человечества (например, выработка трудолюбия), хотя способы их решения могут значительно различаться.

Однако в отличие от фрейдистского подхода, основное внимание в эго — психологии отводится нормальному, здоровому личностному развитию, которое связано с осознанным решением жизненных проблем. Теорию развития личности Эриксона принято психосоциальной, так как в центре ее — рост компетентности человека во взаимодействии с социальным окружением. По-новому рассмотрено влияние культуры с ее системой ценностей и нормативных предписаний. Эриксон подчеркивал значимость исторического и культурного контекста развития личности, его несводимость к индивидуальным взаимосвязям с родителями в раннем возрасте. Сделать такой вывод помогли избранные методы исследования.

Помимо традиционной для психоаналитиков клинической практики с проблемными детьми и содержательного анализа конкретных случаев, Эриксон проводил лонгитюдное изучение здоровых детей. Он также использовал кросс-культурный (этнографический) метод: изучал особенности воспитания детей в племенах американских индейцев и в условиях современного технологического американского общества. Это позволило ему обстоятельно анализировать воздействие разных культур на становление личности. Был поставлен вопрос о различиях в достижении индивидом идентичности в тех обществах, где социальные роли жестко регламентированы, и в демократических обществах с гораздо более широким спектром потенциальных возможностей (профессиональных, политических, идеологических и т.п.). Получили известность исследования Эриксона, посвященные выдающимся личностям, таким, например, как Мартин Лютер или Махатма Ганди. В этом случае Эриксон пытался соотнести основные темы жизни человека с историческими событиями и обстоятельствами, т.е. использовал психоисторический метод.

Эриксон показывает единство процесса человеческой жизни, в котором три важнейших аспекта (соматический, личностный и социальный) взаимосвязаны и вычленяются лишь для удобства анализа и изучения. Человек во все времена есть организм, член общества и Эго (Я, личность).
Огромное значение Эриксон придает периоду детства, подчеркивая, что именно человеку свойственно длительное детство: «Продолжительное детство делает из человека виртуоза в техническом и интеллектуальном смыслах, но оно также оставляет в нем на всю жизнь след эмоциональной незрелости… иррациональные страхи, происходящие из самого состояния детства». Однако взгляды Эриксона на возможности личностного роста и способности человека трудности более оптимистичны, чем в традиционном психоанализе. Он считает, что человек способен к саморазвитию, к тому, чтобы на новом уровне справиться с неадекватно разрешенным ранее конфликтом, — и за пределами генитальной стадии, вплоть до самых преклонных лет. Теория развития Эго, сформулированная Эриксоном, охватывает все жизненное пространство индивида (от младенчества до зрелости и старости); неслучайно ее иногда называют концепцией жизненного пути личности.

Основными принципами Эго-психологии Э. Эриксона являются следующие:
а) важнейшая часть психики — Эго и его адаптивные способности;

б) любой психологический феномен есть сочетание биологических, поведенческих, эмпирических и социальных факторов,

в) важнейшими для понимания человека является понимание изменений, происходящих в процессе развития на протяжении всей жизни;

г) главное — изучение нормы, а не патологии;

д) главное внутреннее чувство — чувство идентичности;
е) финансово важны и клинические наблюдения и культурологические и историографические исследования человека.

 

14.Особенности личности невротика по К. Хорни.

Одной из наиболее распространенных черт невротика является его полная зависимость от окружения и желание во что бы то ни стало получить одобрение и расположение других людей. Все люди хотят внимания и любви, но у невротической личности эта жажда сильно преувеличена, несоразмерна с той ролью, которую играют в жизни любовь и одобрение окружающих.

Невротики хотят такого внимания и любви от всех знакомых людей без разбора, будь то сосед по лестничной клетке, коллега по работе или знакомый студент университета. Их желания распространяются буквально на всех женщин и мужчин, но обычно они этого стремления не осознают. И когда их кто-то не приглашает на вечеринку или встречу, они чувствуют обиду и разочарование. Хотя на самом деле это могла быть вечеринка только близких людей и они туда не должны были быть приглашены.

Чрезмерная зависимость от получения одобрения мешает нормальной жизни и не позволяет адекватно оценивать дружбу, любовь и привязанность; любую критику и требования невротик интерпретирует как унижение и предательство. У обычных людей любовь вполне совместима с критикой и требованиями к партнеру. А у невротика любая такая критика или требование вызывает бурю негодования, эмоциональный срыв, стресс. В этом отношении сделать замечание невротику вообще невозможно — в ответ всегда последует бурная эмоциональная реакция.

Внутренняя незащищенность, ранимость является второй чертой, характеризующей невротика. Чувство неполноценности и несоответствия истинных характеристик представлениям о себе является также чертой невротической личности.

Чувство неполноценности может быть скрыто за компенсаторными механизмами, проявляющимися в самовозвеличивании, в навязчивой склонности выставлять себя напоказ, в выгодном свете, производить впечатление, использовать все возможные средства, атрибуты, методы, которые соответствуют престижу (деньги, золото, бриллианты, коллекции картин, антиквариат, необычные знания и т. п.).

Следующей группой черт, характерных для невротиков, являются определенные запреты. Такие люди не могут выразить свои желания или не могут отказать в просьбе другим. У них существуют внутренние запреты на то, чтобы сделать что-то в своих интересах: высказать свое мнение, попросить кого-то что-то сделать, выбрать и договориться с кем-нибудь, установить приятные контакты. Они не могут также защититься от настойчивых просьб, не могут сказать «нет». Например, в магазине не могут отказать продавцу, если тот навязывает им какой-то товар, или не могут прервать беседу с теми, с кем не хотят разговаривать, или могут принять приглашение туда, куда им не хочется идти, вплоть до того, что не могут иногда отказать мошенникам.

Невротическая личность не умеет строить долгосрочные планы. Например, при выборе профессии невротики мечутся, не знают, куда пойти учиться или работать. При выборе мужа или жены терзаются страхами. В этих случаях ими в первую очередь движут невротические страхи. И иногда они осуществляют первый попавшийся выбор или не могут сделать его на протяжении многих лет.

Часто невротическое поведение принимает форму агрессии, которая проявляется во властности, придирчивости, критичности, унижающих и подавляющих других. Невротики почти всегда убеждены, что поступают правильно и искренне, нисколько не подозревая, что их поведение подчас оскорбительно. Очень редко, когда происходит нечто из ряда вон выходящее, они осознают, что были излишне настойчивы.

Иногда мы видим обратную картину — людей, на которых постоянно «ездят», или они выступают «козлами отпущения»; их постоянно обманывают, унижают, ими управляют. Это тоже одна из форм невротического поведения.

Еще одной особенностью отношений, характеризующих невротика, является отношение к сексуальной жизни. Здесь мы наблюдаем две крайние вариации. Первая — чрезмерная активность. Вторая — полный запрет на сексуальную жизнь.

Запреты могут проявляться во всех вариантах начиная от процессов ухаживания и до любовной игры.

Как уже было отмечено, главной особенностью невротической личности является тревожность. В отличие от нормальной личности, у которой страх, тревога проявляются как объективная реакция на опасность, тревожность невротика ничем не вызвана, его тревога является ничем не обоснованной. Она связана не с реальной ситуацией, а только с его представлением о ней. И воздействовать на него методом убеждения бесполезно эта тревога иррациональна.

К. Хорни выделяет четыре основных способа избежать тревожность: рационализация тревожности, отрицание тревожности, изжитие ее с помощью наркотиков и алкоголя, уход от тревожности с помощью мыслей, чувств и ситуации.

Невротическая ревность также отличает невротика, она диктуется постоянным страхом потерять любимого человека, хотя партнер не дает абсолютно никаких поводов для такой ревности. Такой тип ревности может проявляться со стороны родителей к своим детям, если они стремятся вступить в брак, или, наоборот, со стороны детей, когда один из родителей хочет вступить в брак.

Тревога предполагает различные пути успокоения. Один из таких путей —поиск любви и привязанности. Другой путь —стремление к власти, престижу и обладанию. Конечно, стремление доминировать, завоевывать престиж, приобретать богатство и добиваться благополучия само по себе не является невротической наклонностью, как и желание любви и привязанности. Невротическими они становятся тогда, когда стремление к власти рождается из тревожности и слабости. Тогда как у нормальной личности стремление к власти рождается из уверенности в себе и ощущения силы.

Невротик находит успокоение, утешение в унижении других людей и ущемлении их интересов

Во многих случаях власть, престиж и состояние приходится добывать в обстановке жесткого соперничества. Невротическое соперничество и стрессы как его следствие стали признаком нашего времени. Невротическое соперничество отличается от обычного тремя особенностями. Первая состоит в том, что невротик постоянно сравнивает себя с другими даже тогда, когда в этом нет необходимости. И, главное, его интересует успех, престиж и впечатление, которое в результате он произведет.

Второй особенностью невротической личности является не просто достижение успеха. Такой человек хочет стать уникальным, исключительным, он хочет, чтобы ему всегда сопутствовала удача. Если для многих успех — это успех как таковой, то для невротика — успех должен быть безоговорочным и выражаться в полном превосходстве над другими.

Третьей особенностью является то, что невротическая личность следует правилу «…никто, кроме меня…». Такой человек обладает скрытой враждебностью, обычно свойственной честолюбивым невротикам. Он уверен, что «никто, кроме него…», никто не должен быть красивее, богаче, способнее. Ему необходимо опровергать, низводить других, видеть их побежденными. И это невротическое соперничество имеет разрушительные последствия как для невротика, так и для окружающих. Оно может охватить любую сферу — бизнес, науку, образование, брак, любовь и т. д.

Ввиду того, что разрушительное соперничество людей, страдающих неврозом, порождает еще большую тревожность, возникает отвращение к соперничеству. Противоречивая натура невротика начинает проявлять двойственность. Он действует по поговорке: «тише воды, ниже травы», «не высовывайся». Начинает себя принижать, и так, что принижение и самоуничижение иногда может достигать огромных размеров.

Чувство вины играет огромную роль в невротическом симптоме такой личности. Человек, который страдает неврозом, часто объясняет свои страдания как заслуженные. И это чувство вины накладывает заметный отпечаток на личность страдающего. Но в конечном итоге за чувством вины стоят страх и тревожность. Невротик в борьбе со своими внутренними конфликтами переносит много страданий, но свое страдание он использует как средство для достижения своих целей. Иногда для невротика страдание — единственное средство защиты. Посредством самобичевания он избегает обвинения и, даже напротив, одновременно обвиняет других, представляясь больным, чем избегает критики, упреков. Принижая себя, он избегает соперничества.

 

15.Механизмы психологической защиты по А. Фрейд.

Представительница второго эшелона психоаналитиков Анна Фрейд уже достаточно однозначно обозначила тот аффект, который включает работы защитных механизмов, — это страх, тревога. Концепция механизмов психологических защит представлена А.Фрейд, в частности в ее работе Психология Я и защитные механизмы’, русскоязычный вариант которой издан в 1993 году. Она указала на три источника тревоги. Во-первых, это — тревога, страх перед разрушительными и безоговорочными притязаниями инстинктов бессознательного, которые руководствуются только принципом удовольствия (страх перед Оно). Во-вторых, это — тревожные и невыносимые состояния, вызванные чувством вины и стыда, разъедающими угрызениями совести (страх Я перед Сверх-Я). И наконец в-третьих, это — страх перед требованиями реальности (страх Я перед реальностью).

Анализ работ своего отца, а также собственный психоаналитический опыт привели Анну Фрейд к выводу, что использование защиты конфликт не снимает, страхи сохраняются и, в конечном счете, велика вероятность появления болезни. Анна Фрейд перечисляет следующие защитные механизмы: вытеснение, регрессия, реактивное образование, изоляция, отмена бывшего некогда, проекция, интроекция, обращение на себя, обращение в свою противоположность, сублимация. Существуют и другие приемы защиты. В этой связи она называла также отрицание посредством фантазирования, идеализацию, идентификацию с агрессором и пр.

 

16.Теория объектных отношений М. Кляйн.

Мелани Кляйн в своих работах 1920-1960 г.г. создала основу английской школы по изучению объектных отношений. Теория Мелани Кляйн тесно связана с традицией Фрейда. По теории Кляйн, в детском развитии очень рано начинаются интенсивные взаимодействия между внутренними и внешними объектами, особенно в форме проективных и интроективных идентификаций, которые представления о внешнем объекте «субъективно» деформируют.
“С самого начала постнатального периода жизни, — пишет
Милани Кляйн, — младенец переживает тревогу, исходящую от внутренних и внешних источников. Я в течение многих лет придерживалась мнения, что работа инстинкта смерти дает начало страху уничтожения, и это является первопричиной тревоги преследования. Первый внешний источник тревоги может быть обнаружен в переживаниях рождения. Этот опыт, который, согласно Фрейду, формирует паттерны для всех позднейших ситуаций тревоги, непременно должен повлиять на первые отношения младенца с внешним миром. Первые переживания ребенка, связанные с кормлением и присутствием его матери, инициируют объектное отношение к ней.”
Периодически повторяющиеся переживания удовлетворения и фрустрации являются мощным стимулом для либидозных и агрессивных импульсов, для любви и ненависти. В результате получается, что грудь, в виде психического представления, ввиду того, что она удовлетворяет, оказывается любимой и ощущается как «хорошая»; поскольку грудь является и источником фрустрации, она ненавидится и ощущается как «плохая». Этот сильный контраст между «хорошей» и «плохой» грудью существует во многом благодаря недостаточной интегрированности Эго, процессам расщепления внутри Эго. Существуют, однако, основания предполагать, что даже в течение 3-4 первых месяцев жизни ребенка «хорошие» и «плохие» объекты не полностью отделены друг от друга в его психике. Материнская грудь, как в своем хорошем, так и в плохом аспекте сливается для ребенка с ее телесным присутствием; и отношение к матери, как к личности, устанавливается постепенно, начиная от самых ранних стадий. “
“Ранние методы расщепления существенно влияют на способы, которыми на несколько более поздних стадиях осуществляется вытеснение, а это, в свою очередь, определяет степень взаимодействия между сознанием и бессознательным. Иначе говоря, степень, в которой различные части психики остаются проницаемыми, во многом определяется силой или слабостью ранних механизмов расщепления. Внешние факторы играют первостепенную роль с самого начала жизни; вследствие этого мы имеем основания для предположения, что каждый возбудитель страха преследования подкрепляет тенденцию Эго расщеплять себя и объект, тогда как каждое хорошее переживание укрепляет доверие к хорошим объектам и способствует интеграции Эго и синтезу объекта.” “В течение второй четверти первого года жизни все более укрепляется отношение к матери как к личности, которое постепенно развивалось и в то время, когда грудь все еще оставалась главным объектом. Когда ребенок становится способен воспринять и интроецировать мать как личность (или, иначе говоря, как «цельный объект»), происходит усиление идентификации с ней. Происходит сближение различных аспектов объектов – любимых и ненавидимых, хороших и плохих, и теперь эти объекты становятся целостными персонажами.
Все эти процессы интеграции и синтеза становятся причиной того, что конфликт между любовью и ненавистью дает о себе знать в полную силу.

Когда ребенок ощущает, что его деструктивные импульсы и фантазии направлены против целого объекта,
любимого им и воспринимаемого как личность, происходит сильный рост чувства вины, а вместе с ним нарастает стремление восстанавливать, оберегать и воскрешать любимый объект.
В случае
, если ранние механизмы расщепления и тревоги не были успешно преодолены, в результате вместо проницаемой и текучей границы между сознанием и бессознательным получается ригидный барьер, что говорит о чрезмерности вытеснения и, соответственно, о нарушении развития. При умеренном вытеснении, с другой стороны, более вероятно, что сознание и бессознательное будут «проницаемы» друг для друга, а следовательно, импульсы и их последствия будут, в какой-то мере, допущены к выходу из бессознательного и, возникая раз за разом, будут подвергнуты Эго процедуре отбора и сортировки. Выбор импульсов, фантазий и мыслей, которые должны подвергнуться вытеснению, зависит от возрастающей способности Эго воспринимать стандарты внешних объектов. Эта способность сцеплена с увеличением синтеза внутри Супер-Эго и ростом ассимиляции Эго Супер-Эго.

 

17.Бихевиаризм. Манифест Д. Уотсона.

Джотсон (1878 — 1958) критиковал психологию за субъективизм и практическую бесполезность, и предложил свою программу исследований. Философской основой бихевиоризма стали позитивизм и прагматизм, психологической — работы Павлова, Бехтерева, объективная психология. Поведение в рамках его концепции трактовалось очень широко. Включая выделения желез в ответ на реакцию. Уотсон производил классификацию всех реакций по двум основаниям: являются ли они приобретенными или наследственными; внутренними или внешними. Отсюда выделяются четыре типа реакций. Он полагал. Что число врожденных реакций невелико, и фактически поведение является результатом обучения. Поэтому научение становится главной темой бихевиористов. Удержание навыков составляет память. Уотсон здесь выдвигает гипотезу о механизмах, называемых им принципом обуславливания. Навыки образуются путем проб и ошибок и представляют собой неуправляемый процесс. Э.Толмен критиковал Уотсона за молекулярность подхода. По Толмену поведение — целостный акт. Направленный на цель, селективный, пластичный и т.д. Толмен различал три разновидности детерминант поведения: 1)независимые переменные стимулы и исходное физическое состояние организма; 2)способности, т.еидовые свойства организма; 3) вмешивающиеся внутренние перемены — намерения и познавательные процессы. Он ввел понятие “когнитивной карты”. Халл выдвинул гипотетико-дедуктивную теорию теорию поведения, введя в схему Уотсона “черный ящик” — процессы, протекающие в организме. Основной детерминантой поведения он считал потребность: она определяет силу и направление реакции организма.

 

 

18.Особенности бихевериального подхода в психологии.

Бихевиоризм (англ. behavior – поведение) в широком понимании — направление в психологии, которое изучает поведение человека и способы влияния на поведение человека.

Бихевиоризм в узком понимании, или классический бихевиоризм — бихевиоризм Джотсона и его школы, исследующий только внешне наблюдаемое поведение и не делающий различия между поведением человека и других животных. Для классического бихевиоризма все психические явления сводятся к реакциям организма, преимущественно двигательным: мышление отождествляется с речедвигательными актами, эмоции — с изменениями внутри организма, сознание принципиально не изучается, как не имеющее поведенческих показателей. Основным механизмом поведения принимается связь стимула и реакции (S->R).

Основной метод классического бихевиоризма — наблюдение и экспериментальное изучение реакций организма в ответ на воздействия окружающей среды с целью выявления доступных математическому описанию корреляций между этими переменными.

Представители: Эдуард Торндайк, Иван Петрович Павлов, Джон Бродес Уотсон, Эдуард Чейс Толмен, Беррес Фредерик Скиннер.

Миссия бихевиоризма — перевести умозрительные фантазии гуманитариев на язык научного наблюдения. Бихевиоризм родился как протест против произвольных умозрительных спекуляций исследователей, не определяющих понятия четким, операциональным образом, и объясняющих поведение лишь метафорически, не переводя красивые объяснения на язык четких инструкций: что нужно конкретно сделать, чтобы получить от себя или другого нужное изменение в поведении.

Бихевиоризм стал родоначальником поведенческого подхода в практической психологии, где в центре внимания психолога находится человеческое поведение, а конкретнее «что в поведении есть», «что мы в поведении изменить хотим» и «что для этого конкретно следует сделать». Со временем, однако, возникла необходимость различать бихевиоральный и поведенческий подход. Бихевиоральный подход в практической психологии — подход, реализующий принципы классического бихевиоризма, то есть работающий в первую очередь с внешне видимым, наблюдаемым поведением человека и рассматривающий человека только как объект воздействий в полной аналогии с естественно-научным подходом. Однако поведенческий подход — шире. Он включает в себя не только бихевиоральный, но и когнитивно-бихевиоральный, и личностно-поведенческий подход, где психолог видит в человеке автора как внешнего, так и внутреннего поведения (мыслей и эмоций, выбора той или иной жизненной роли или позиции) — любых действий, автором которых он является и за которые он несет ответственность.

Бихевиоризм подход хорошо сочетается с другими подходами современной практической психологии. Многие современные бихевиористы используют элементы и гештальт-подхода, и элементы психоанализа. Модификации бихевиоризма широко распространены в американской психологии и представлены прежде всего теорией социального научения А. Бандуры и Д.Роттера.

В психотерапии бихевиоральный подход — один из многих часто используемых подходов.

Что касается эффективности, то в целом можно сказать, что бихевиоральный подход имеет примерно ту же эффективность, что и другие подходы. Бихевиоральный подход более подходит для простых случаев психотерапии: избавления от стандартных фобий (страхов), нежелательных привычек, формирование желательного поведения. В сложных, запутанных, «личностных» случаях использование бихевиоральных методов дает недолговременный эффект.

 

19.Основные понятия бихевиаризма.

Основатель данного направления в психологии начала 20 –го века был американец Джон Уотсон. Он сформулировал формулу своего учения: «стимул — реакция». Суть заключалась в том, что все интеллектуальные и эмоциональные реакции человека можно формировать методом стимулирования. Так называемый метод « кнута и пряника». Вырабатывается условный рефлекс на определенные реакции внешней среды и окружающих людей. Поощрения и наказания формируют человеческое поведение, а не мыслительные механизмы.

Много экспериментов проводилось на животных, как на существах более простой организации, чем человек, а потому не искажавших исследования психологическими и эмоциональными компонентами. Так же Уотсон наглядно доказывал правоту своего учения, проводя опыт взаимодействия детей и кроликов. Ребенку показывали кролика, которого он брал на руки и получал разряд электрического тока, когда хотел погладить. Это вызывало слезы и страх. Реакция закрепилась на третий — четвертый раз – ребенок пугался кролика, даже видя его вдалеке. Уотсон решил заменить негативные эмоции ребенка на положительные. Когда ребенок ел, в комнату запускали кролика. Сперва ребенок прекращал есть и плакал, но опасности от кролика не исходило, а вкусная еда была рядом. Вскоре ребенок не реагировал на животное. Его придвигали ближе к ребенку и давая при этом еще больше вкусностей. В результате ребенок снова мог гладить милое животное, угощая его своей едой.

Таким образом, манипулируя внешними стимулами, можно формулировать социальное поведение человека, процесс его обучения и разные черты поведения.

Согласно теории, обусловливание классическое и инструментальное — универсальные механизмы научения, общие для животных и человека. При этом процесс научения представлялся как вполне автоматический: подкрепление приводит буквально к закреплению в системе нервной связей и успешных реакций независимо от воли, желания или иной активности субъекта. Отсюда делались далеко идущие выводы, что посредством стимулов и подкреплений можно «лепить» любое поведение, манипулировать индивидом; что поведение жестко детерминировано и он в какой-то мере — раб внешних обстоятельств и собственного прошлого опыта.

 

20.Бихевериальное понимание интеллекта.

Одним из пионеров бихевиористского учения был Эдвар Торндайк. Он выпустил книгу «Интеллект животных». В данной книге, опираясь на опыты над животными, он выдвигал на первое место ассоциации: при закономерных ситуациях вырабатывалась определенная реакция, движение методом проб и ошибок и случайного успеха. Интеллектуальный акт есть решение проблемы, которое достигается не созерцанием, а активными действиями, ведущими к наиболее выгодному приспособлению к внешним условиям.

Торндайк для своих опытов для животных придумал «проблемный ящик», куда сажал кошек или собак, а выпускал и давал пищу только тогда, когда те совершали определенное действие ( дергали за веревку, наступали на пружину и т.д.). Методом частой тренировки животные могли совершать быстро требуемые от них действия.

Но «естественный отбор» полезных действий у индивида, согласно позиции Торндайка, проходят по другим причинам, чем в эволюции вида. Это он объясняет несколькими законами :

а) закон упражнения, согласно которому при прочих равных условиях реакция на ситуацию связывается с ней пропорционально частоте повторения связей и их силе. Этот закон совпадал с принципом частоты повторений в ассоциативной психологии;

б) закон готовности: упражнения изменяют готовность организма к проведению нервных импульсов;

в) закон ассоциативного сдвига: если при одновременном действии раздражителей один из них вызывает реакцию, то другие приобретают способность вызывать ту же самую реакцию.

Всеми реакциями, как интеллектуальными, так и эмоциональными, можно, по мнению Уотсона, управлять. Психическое развитие сводится к учению, то есть к любому приобретению знаний, умений, навыков — не только специально формируемых, но и возникающих стихийно. С этой точки зрения, научение — более широкое понятие, чем обучение, так как включает в себя и целенаправленно сформированные при обучении знания. Таким образом, исследования развития психики сводятся к исследованию формирования поведения, связей между стимулами и возникающими на их основе реакциями.

 

21.Необихевеаризм.

Необихевиоризм — направление в американской психологии, возникшее в 30-х гг. ХХ в.

Возглавили это движение американские психологи Э.Толмен и К.Халд в 30- х годах.

Восприняв главный постулат бихевиоризма о том, что предмет психологии — объективно наблюдаемые реакции организма на стимулы внешней среды, необихевиоризм дополнил его понятием переменных промежуточных факторов, служащих посредующим звеном между воздействием стимулов и ответными мышечными движениями. Следуя методологии операционализма, необихевиоризм полагал, что содержание указанного понятия (обозначавшего «ненаблюдаемые» познавательные и мотивационные компоненты поведения) выявляется в лабораторных экспериментах по признакам, определяемым посредством операций исследователя.

Необихевиоризм свидетельствовал о кризисе «классического» бихевиоризма, неспособного объяснить целостность и целесообразность поведения, его регулируемость информацией об окружающем мире и зависимость от потребностей организма. Используя идеи гештальтпсихологии и фрейдизма, (Э. Ч. Толмен), а также павловского учения о высшей нервной деятельности (К. Л. Халл), Н. стремился преодолеть ограниченность исходной бихевиористской доктрины, сохранив, однако, ее основную установку на биологизацию человеческой психики.

Э.Толмен проводил эксперименты на белых крысах и обнаружил, что далеко не все в поседении крысы может быть объяснено по схеме «стимул-реакция». Толмен выступил с требование «вставить» между этими переменными другие, промежуточные. Таковы у него «когнитивный план, карта», «гипотеза» и подобные им.
Он исследовал факторы, влияющие на быстроту и точность построения когнитивных карт. Одни факторы способствуют лучшему
научению, а другие приводят к фиксации на определенной реакции (сужение карты), что снижает адекватность поведения новой ситуации. Сужение когнитивных карт связано с болезнью, неудачным расположением элементов ситуации, слишком большим числом повторений материала и т.п. В своей работе «Когнитивные карты у крыс и человека» Толмен подчеркивал, что плохое обучение, невнимание или излишняя авторитарность взрослых приводят к тому, что ребенок не может справиться с тем лабиринтом – окружающим миром, в котором он вынужден жить.
После экспериментов
Толмена стала очевидной недостаточность прежних воззрений на поведение. В 40-50 гг. одной из ведущих концепций необихевиоризма стала концепция К.Халла
Под влиянием работ
Торндайка Халл в центр своей теории научения поставил закон эффекта. Из всех факторов наибольшее влияние на силу навыка оказывает редукция (снижение) потребности. Чем чаще она удовлетворяется, тем сила навыка больше. Кроме того, сила навыка зависит от:
интервала между реакцией и ее подкреплением; 
интервала между условным раздражителем и реакцией.
В своей теории
Халл выделил понятия первичного и вторичного подкрепления. Первичным подкреплением является, например, пища для голодного организма или удар электрическим током, вызывающий прыжок у крысы. Соединение первичного раздражителя с первоначально нейтральным придает и ему мотивирующую функцию и превращает его во вторичное подкрепление. 
Т.о., в концепции
Халла промежуточным звеном, опосредующим связь между стимулом и реакцией, выступила потребность. В 40-50-х годах, когда в США доминировали теории научения, Халл был главным авторитетом в этой области. Но механицизм и отсутствие целостного подхода к поведению мешали разработать комплексную теорию обучения.

 

22.Оперантное научение по Б. Скиннеру.

В основании теории оперантного научения Скиннера лежит тот простой факт, что не всегда действия живого существа являются реакцией на ту или иную комбинацию внешних воздействий — стимулов. Довольно часто (по мнению Скиннера, в большинстве случаев) поведение выглядит так, как будто бы ему не предшествуют никакие видимые стимулы.

В знаменитых опытах Скиннера лабораторная крыса помещалась в пустой ящик с педалью внутри (так называемый «ящик Скиннера» см ниже .) и получала полную свободу действий. В процессе хаотичного исследования ящика крыса неизбежно задевала педаль и получала порцию пищи. После нескольких случайных нажатий на педаль у крысы формировалась новая форма поведения, которая не была связана ни с какими предшествующими стимулами. Теперь, проголодавшись, крыса целенаправлено следовала к педали и, нажав на нее — получала желаемое.

Таким образом, в случае оперантного научения живой организм своим поведением активно воздействует на окружающую среду и сталкивается с теми или иными последствиями. В случае формирования условного рефлекса такого воздействия не наблюдается. Животные в опытах Павлова были специально, в целях соблюдения чистоты эксперимента, лишены какой-либо возможности влиять на окружение. В этом смысле оперантное поведение активно и направлено на исследование окружающего мира. То, каким образом видоизменяется поведение, зависит в первую очередь от характера последствий — от того, будут эти последствия приятными или неприятными. Приятные последствия Скиннера называл «подкреплением».

Экспериментируя с разными типами подкрепления, Скиннер вывел одну бесспорную и всегда воспроизводимую закономерность: образцы поведения (операнты), вслед за которыми следуют приятные последствия, в будущем встречаются чаще. Крыса чаще нажимает на педаль, если непосредственно вслед за этим действием она получает кусочек пищи.

Голубь, помещенный в клетку, на полу которой имеется красное пятно, лишь случайным образом может клюнуть в него. Но если сразу вслед за этим он получит пищу — зернышко, то этот оперант (действие в расчете на успех) будет чаще встречаться в будущем. Человек, которого вкусно накормят в одном из ресторанов города, будет чаще ходить в этот ресторан, даже если он довольно далеко расположен от дома. Эту закономерность Скиннер назвал «законом выгоды (приобретения)», иногда его еще называют первым законом оперантного научения

 

23.Критика бихевеаризма.

Итак, бихевиоризм оказывается сильно уязвим для критики в связи с тем, что он:

— заставил психологию отказаться от того, что есть в ней самого волнующего и привлекательного — внутреннего мира, то есть сознания, чувственных состояний, душевных переживаний;

— трактует поведение как совокупность ответных реакций на определенные раздражители, тем самым низводя человека др уровня автомата, робота, марионетки;

— опираясь на тот аргумент, что все поведение выстраивается в ходе прижизненной истории, пренебрегает врожденными способностями и склонностями;

— не уделяет внимания изучению мотивов, намерений и целевых установок человека;

— не в силах объяснить яркие творческие достижения в науке и искусстве;

— опирается на опыт изучения животных, а не человека, поэтому представляемая им картина человеческого поведения ограничивается теми чертами, которые человек разделяет с животными;

неэтичен, так как использует в экспериментах жестокие методы, включая болевое воздействие;

— недостаточное внимание уделяет индивидуально-психологическим особенностям, пытаясь свести их к индивидуальному репертуару поведения;

— игнорирует категории морали и нравственности;

— антигуманен и антидемократичен, поскольку ставит своей целью манипуляцию поведением, так что его результаты хороши для концлагеря, а не для цивилизованного общества.

Как это ни покажется невероятно, но все эти утверждения почти дословно почерпнуты из работы самого знаменитого бихевиориста Б. Ф. Скиннера. Одну из своих самых известных книг он начинает перечнем упреков в адрес своей позиции, с тем чтобы затем их отвергнуть. Так уж повелось, что бихевиористам постоянно приходится оправдываться.

 

24.Теория поля К. Левина.

Теория поля. Понятия, объекты и события, изучаемые этими науками, могут быть в известной мере релевантны поведению, но это всего лишь психол. релевантность. Даже если индивидуум, поведение к-рого изучается, вспоминает прошлое или проецирует себя в будущее, он делает это сию минуту, т. е. в настоящем. Следовательно, релевантны только те аспекты прошлого (или будущего), к-рые вплетены в ткань сиюминутной ситуации. В отличие от мн. теорий, игнорирующих индивидуальные различия, Т. п. сосредоточена именно на них. Левин исходил из того, что на восприятие чел. окружающей среды влияет импульс, посылаемый самой средой, и что этот импульс, в свою очередь, изменяет последующую перцепцию. Среда (Е) окружает чел. Однако чел. (Р) никогда не яв-ся ее частью, а среда никогда не является частью чел. Между тем существуют проницаемые психол. границы, благодаря к-рым изменения, происходящие в (Е) могут вызвать изменения в (Р), и наоборот. В индивидууме есть две основные области — внутреннее ядро (аналогичное ядру атома) и область, окружающая его. Внутреннее ядро — в свою очередь — делится на ряд собственных областей, соответствующих различным целям, когнитивным структурам и т. п. Область, окружающая ядро, яв-ся моторно-перцептивной. Считается, что эта относительно недифференцированная область представляет собой тракт, по к-рому события из психол. среды (перцептивные) достигают ядра, а моторные события — средысихол. среда также подразделяется на множество областей, имеющих более или менее проницаемые границы. Эти области образуют «валентности» (притяжения или отталкивания своих средовых содержаний, напр., целей или целевых объектов). Специфическая «валентность» каждой зоны формируется (развивается) во времени по мере того, как взрослеет и изменяется развивающийся чел., и по мере того, как изменяется среда.

 

25.Об «аристотелевском» и «галилеевском» способе мышления в психологии.

Два контрастирующих способа научного мышления, или два типа логики, характеризовали развитие науки с древнейших времен — аристотелевский и галилеев. Обычно считается, что первый из них, аристотелевский образ мышления, задержал развитие современной науки. Заметный прогресс в физике, биологии, а позднее и в психологии наметился только после появления галилеевой логики научного мышления.

Аристотелевский способ научного мышления. В системе мышления Аристотеля особое место отводится «локальному определению» (local determination). Причинность заключена в собственной природе объекта, а не в окружающей среде. Среда служит лишь источником «возмущений», к-рые время от времени изменяют поведение объекта. Кроме того, аристотелевская логика придает главное значение дихотомии, как это имеет место в разграничении небесных и земных процессов, используемых в физике Аристотеля. В психологии подобный подход проявился в виде тенденции к противопоставлению людей, которые рассматривались как нормальные либо анормальные, как умные либо лишенные разума и т. д. Другой особенностью этого способа мышления является его акцент на оценочных понятиях: некоторые формы движения, такие как круговое или прямолинейное, оценивались как «хорошие» или «высшие». В современной психологии эта особенность находит отражение в тенденции проводить границу между нормальным и патологическим поведением.

Галилеев способ научного мышления. В отличие от аристотелевской галилеева научная логика подчеркивает интерактивную природу объекта и его среды. Для физиков, мыслящих в галилеевой парадигме, причина поведения объекта заключена не в его предрасположениях, а в функциональных отношениях этих предрасположений и окружающей среды. Галилеева логика требует рассматривать поведение объектов и людей как ситуационно-специфичное. Согласно этой логике, первейшей задачей является изучение условий, при которых происходят определенные события или действия. Кроме того, эта форма логики подчеркивает непрерывный характер переменных и является безоценочной. Люди не делятся на два типа: нормальных и анормальных; скорее существуют степени нормальности, так же как существуют уровни интеллекта.

26.Гештальтпсихология и категория образа.

Гештальтпсихология (нем. gestalt — образ, форма) — направление, возникшее в Германии в первой трети 20 века, выдвинувшее программу изучения психики с точки зрения целостных структур (гештальтов), первичных по отношению к своим компонентам.
Долгое время объектом исследования молодой экспериментальной психологии являлось главным образом ощущение. При этом образный аспект психической жизни не раскрывался. Предметом социального теоретического анализа и эмпирического исследования гештальтпсихологии явилось изучение категории образа.
Во время зарождения гештальтизма особую остроту приобрела проблема целого и части, в том числе целостность психической жизни, ее внутренняя связанность. 

Гештальтпсихология возникла из исследований восприятия. В центре её внимания — характерная тенденция психики к организации опыта в доступное пониманию целое. Например, при восприятии букв с «дырами» (недостающими частями) сознание стремится восполнить пробел, и мы узнаём целую букву.

Предметы, составляющие наше окружение, воспринимаются чувствами не в виде отдельных объектов, а как организованные формы. Восприятие не сводится к сумме ощущений, а свойства фигуры не описываются через свойства частей. Собственно гештальт являет собой функциональную структуру, упорядочивающую многообразие отдельных явлений.

 

27.Законы гештальта.

Свойства восприятия: константы, фигура, фон — вступают в отношения между собой и являют новое свойство. Это и есть гештальт, качество формы. Целостность восприятия и его упорядоченность достигаются благодаря следующим принципам:

-близость (стимулы, расположенные рядом, имеют тенденцию восприниматься вместе),

-схожесть (стимулы, схожие по размеру, очертаниям, цвету или форме, имеют тенденцию восприниматься вместе),

-целостность (восприятие имеет тенденцию к упрощению и целостности),

-замкнутость (отражает тенденцию завершать фигуру так, что она приобретает полную форму),

-смежность (близость стимулов во времени и пространстве. Смежность может предопределять восприятие, когда одно событие вызывает другое),

-общая зона (принципы гештальта формируют наше повседневное восприятие наравне с научением и прошлым опытом. Предвосхищающие мысли и ожидания также активно руководят нашей интерпретацией ощущений).

 

28.Теория творческого мышления М. Вертгеймера.

В середине двадцатых годов Вертгеймер переходит от исследования восприятия к изучению мышления. Результатом этих экспериментов является книга “Продуктивное мышление”, которая была опубликована уже после смерти ученого в 1945 году и является одним из самых значительных его достижений.

Изучая на большом эмпирическом материале (эксперименты с детьми и взрослыми испытуемыми, беседы, в том числе и с А.Эйнштейном) способы преобразования познавательных структур, Вертгеймер приходит к выводу о несостоятельности не только ассоцианистического, но и формально-логического подхода к мышлению. От обоих подходов, подчеркивал он, скрыт его продуктивный, творческий характер, выражающийся в “перецентрировке “ исходного материала, его реорганизации в новое динамическое целое. С точки зрения М. Вертгеймера «динамика и логика продуктивного мышления» связаны с целостным, структурным пониманием проблемной ситуации, важнейшим фактором, в котором является прием «центрирования», т.е. рассмотрение и группировка всех ее элементов в их значении и роли по отношению к целому, к сути проблемы, причем не субъективно, а в соотношении с объективной ситуацией, превращающая рядоположенные, отдельные вещи в «части внутреннего единства»

Вводимые Вертгеймером термины “реорганизация, группировка, центрирование” описывали реальные моменты интеллектуальной работы, подчеркивая ее специфически психологическую сторону, отличную от логической.

Вертгеймер представляет продуктивное мышление, направленное на решение задач, следующим образом. Имеется начальная и конечная ситуация. Далее возможны два варианта — начальная ситуация по сравнению с конечной: а) имеет структурные нарушения или пробелы (структурную незавершённость), либо б) «слишком сложна или беспорядочна, либо обладает простой, но основанной на внешних признаках структурой». Структурные особенности начальной ситуации определяют действия по её переструктурированию (создают «векторы… направленные к улучшению ситуации»). Конечная ситуация — «это такое состояние, которое как хорошая структура поддерживается внутренними силами, в котором существует гармония взаимных требований и в котором части определяются структурой целого, а целое — структурой частей».

«Мышление заключается в усмотрении, осознании структурных особенностей и структурных требований; в действиях, которые соответствуют этим требованиям и определяются ими, и тем самым в изменении ситуации в направлении улучшения её структуры…».

В своем анализе проблемных ситуаций и способов их решения, Вертгеймер выделяет несколько основных этапов мыслительного процесса:

1. Возникновение темы. На этом этапе возникает чувство “направленной напряженности”, которое мобилизует творческие силы человека.

2. Анализ ситуации, осознание проблемы. Основной задачей этой стадии является создание целостного образа ситуации.

3. Решение проблемы. Этот процесс мыслительной деятельности в значительной степени неосознан, хотя предварительная сознательная работа необходима.

4. Возникновение идеи решения — инсайт.

5. Исполнительская стадия.

 

В опытах Вертгеймера обнаруживалось отрицательное влияние привычного способа восприятия структурных отношений между компонентами задачи на ее продуктивное решение. Он подчеркивал, что у детей, обучавшихся геометрии в школе на основе чисто формального метода, несравненно труднее выработать продуктивный подход к задачам, чем у тех, кто вообще не обучался.

 

29.Влияние экзистенциальной философии на психологию.

 Экзистенциальная психология — направление в психологии, которое исходит из уникальности конкретной жизни человека, несводимой к общим схемам, возникшее в русле философии экзистенциализма. Экзистенциализм оказал влияние на психиатрию и психологию благодаря своей способности постигать конкретный опыт. Через психиатрию экзистенциализм проник и в психологию — преимущественно благодаря усилиям Ролло Мэя. В представлении экзистенциалистов, люди испытывают тревогу, страдают от сознания бессмысленности своего существования, от недостатка заботы о них, от одиночества и страха смерти.

Главной программой экзистенциальной психологии стало придание жизненному опыту со всеми его сложностями и во всех его конкретных проявлениях статуса легитимного предмета изучения психологии. Для большинства экзистенциальных психологов соответствие требованиям, предъявляемым к ним реальными проблемами индивидуумов и обществава, гораздо важнее формальных критериев науки. Для экзистенциальных психологов важны поиски индивидуумом моральных ценностей, вопросы самоактуализации и препятствия на ее пути, развитие личной свободы, уверенность человека в добром отношении окружающих и его собственная забота о них, понимание индивидуумом высшего смысла жизни и способность справляться со стрессами и тяготами повседневной жизни в гармонизирующей манере. В конечном счете, экзистенциалисты полагают, что более адекватное понимание этих проблем возможно в контексте философии, считающей человеческие существа незавершенными, при безусловном понимании того, что люди должны пользоваться теми преимуществами, которые дает им эта незавершенность, и свободно самоактуализироваться во благо себе и другим.

 

30.Концепция гуманистической психологии.

Гуманистическая психология — направление в западной (преимущественно американской) психологии, признающее своим главным предметом личность как уникальную целостную систему, которая представляет собой не нечто заранее данное, а «открытую возможность» самоактуализации, присущую только человеку. В гуманистической психологии в качестве основных предметов анализа выступают: высшие ценности, самоактуализация личности, творчество, любовь, свобода, ответственность, автономия, психическое здоровье, межличностное общение. Гуманистическая психология в качестве самостоятельного течения выделилась в начале 60-х годов XX века, как протест против доминирования бихевиоризма и психоанализа в США, получив название третьей силы. К данному направлению могут быть отнесены А. Маслоу, К. Роджерс, В. Франкл, Ш. Бюлер, Р. Мэй, С. Джурард, Д. Бьюдженталь, Э. Шостром и другие. Гуманистическая психология в качестве своей философской базы опирается на экзистенциализм. Манифестом гуманистической психологии стала книга под редакцией Р. Мэя «Экзистенциальная психология» — сборник докладов, представленных на симпозиуме в Цинциннати в сентябре 1959 г. в рамках ежегодного съезда Американской Психологической Ассоциации.

Гуманистическая психология выступает против построения психологии по образцу естественных наук и доказывает, что человек, даже будучи объектом исследования, должен изучаться как активный субъект, оценивающий экспериментальную ситуацию и выбирающий способ поведения.

В 1963 г. первый президент Ассоциации гуманистической психологии, Джеймс Бьюдженталь, выдвинул пять основополагающих положений данного направления психологии:

Человек как целостное существо превосходит сумму своих составляющих (иначе говоря, человек не может быть объяснен в результате научного изучения его частичных функций).

Человеческое бытие развертывается в контексте человеческих отношений (иначе говоря, человек не может быть объяснен своими частичными функциями, в которых не принимается в расчет межличностный опыт).

Человек сознает себя (и не может быть понят психологией, не учитывающей его непрерывное, многоуровневое самосознавание).

Человек имеет выбор (человек не является пассивным наблюдателем процесса своего существования: он творит свой собственный опыт).

Человек интенциален (человек обращен в будущее; в его жизни есть цель, ценности и смысл).

В основе Г.П. лежит философия экзистенциализма, противопоставлявшая себя внеличностному «объективному» методу научного познания. На ее базе А. Маслоу сформулировал ряд базовых принципов гуманистической психологии.

Первый из них — принцип становления — предполагает, что потенциал развития остается неисчерпанным на протяжении всей человеческой жизни — всякий раз по достижении определенной цели открываются новые возможности, имплицитно заложенные в самой личности. В силу этого человек по большому счету независим от внешних условий и свободен в выборе этих возможностей, одновременно неся всю полноту ответственности за их реализацию.

Второй принцип — принцип уникальности каждого индивида и человеческой природы — подчеркивает первостепенное значения изучения субъективного опыта конкретной личности как альтернативы поиску общих закономерностей и теоретическим обобщениям аналитических подходов в психологии. В данном аспекте гуманистическая психология смыкается с идеями Г. Олпорта. Кроме того, в этой же логике человек представляет собой совершенно особый вид живых существ, кардинально отличающийся от животных. Следовательно, использование данных, полученных в экспериментах с животными, для объяснения человеческого поведения, как это имеет место в бихевиоризме, совершенно неправомерно.

Третий принцип — принцип холизма — провозглашает подход к человеку как к единому целому. С этой точки зрения дифференциация человеческого организма и психики и изучение отдельных компонентов последней (психических процессов, поведенческих актов и т. д.) являются неоправданными и искажающими реальность.

Согласно четвертому принципу — принципу позитивного отношения к человеческой природе — все люди по природе своей предрасположены к добродетели и каждому человеку присуще творческое начало. Именно оно, с точки зрения гуманистической психологии, является главной движущей силой личности, а не бессознательные и разрушительные импульсы, как полагал З. Фрейд.

Пятый принцип — психологии психического здоровья — обосновывает необходимость концентрации внимания психологов на изучении здорового человека, поскольку, по мнению А. Маслоу, исследование исключительно психической патологии, которым ограничивались представители других школ, может дать только однобокую, «увечную» психологию. Более того, без четких и ясных представлений о психическом здоровье невозможна по-настоящему эффективная терапия психических расстройств.

А. Маслоу сконцентрировался на исследованиях мотивации, в результате которых им была разработана концепция иерархии потребностей.

Согласно концепции гуманистической психологии, все потребности человека являются врожденными и могут быть объединены в пять классов, которые, в свою очередь, образуют единую иерархическую систему. Данная структура может быть представлена в виде пирамиды (пирамида Маслоу), в основании которой лежат физиологические потребности (в пище, сне, сексе и т. п.). Вторую ступень пирамиды образуют потребности в безопасности. К ним обычно относятся потребность в стабильности, ясности и предсказуемости ситуации, в защите от болезней, преступных посягательств и т. п. На третьей ступени пирамиды находятся потребности в принадлежности и любви, которые отражают стремление к установлению близких, доверительных и долгосрочных отношений со значимыми другими. Четвертый уровень пирамиды образуют потребности в самоуважении, включающие в себя как собственно самоуважение, так и уважение со стороны других людей. Наконец, на вершине пирамиды располагается потребность в самоактуализации. Под самоактуализацией А. Маслоу понимал стремление индивида к максимальной реализации своего человеческого потенциала в процессе становления.

31.Теория Г. Олпорта.

Теорию Гордона Олпорта (1897-1967) часто относят к диспозициональному направлению, согласно которому:

1) люди обладают широким набором предрасположенностей реагировать типичным образом на различные ситуации;

2) каждый единичный человек уникален, непохож по своему психическому складу (системе черт) на других людей.

В своей персонологической концепции Г. Олпорт рассматривает человека как сложную «открытую» систему, в иерархической организации которой он выделяет следующие интегративные уровни взаимодействия индивида с миром — условные рефлексы, навыки, черты личности, системы черт, варьирующие в разных случаях и образующие множественные Я-личности.

Особое место в этой сложно организованной системе занимает мотивационно-потребностная сфера. В ней выделяются два уровня функционирования: уровень мотивов нужды и уровень высших мотивов, или мотивов развития.
Принцип так называемого гомеостазиса — стремления к устранению напряжения — применим лишь к низшему уровню мотивационной системы (мотивам нужды). Формы истинно личностного бытия (стремление к новым целям, постановка творческих задач, актуализация чувства инициативности и ответственности и др.) не укладываются в формулу гомеостазиса. Поиск постоянного напряжения, сопротивление равновесию — характерные черты мотивов развития.

Системы высших мотивов входят в центральное ядро личности — Я — и преобразуются в системы ценностей человека. Стремление к самоактуализации и самореализации относятся к мотивам развития и являются изначально заложенными в человеке потребностями. Мотивы развития порождают обращенную в будущее систему целей, реализация которых обеспечивает формирование новых возможностей человека. Человек, по Олпорту, обращен в свое будущее.

«Для того, чтобы понять личность, всегда необходимо обращаться к тому, чем она может оказаться в будущем, ибо каждое состояние личности ориентировано в направлении будущих возможностей».

Развитие личности по Олпорту ассоциируется с динамикой мотивационной системы. Для объяснения особенностей формирования и становления личности он формулирует принцип функциональной автономии мотивов, согласно которому в процессе развития человека связи между старыми и новыми мотивами сохраняются, при этом характер этих связей имеет историческую, но не функциональную природу. Функционально они не тождественны.

Принцип функциональной автономии мотивов позволяет рассматривать новые мотивы как самостоятельные единицы психики человека, относительно независимые от более ранних форм (инстинктов и рефлексов).

Образование новых мотивов Олпорт объясняет превращением средств деятельности в ее цели и мотивы. Иными словами, объекты и действия, которые некогда выступали для человека лишь в качестве средства достижения определенных целей, начинают сами по себе вызывать интерес и обретают собственную мотивационную силу.

Главной целью психологии личности Олпорт считает исследование неповторимости каждого человека.  Он утверждал, что характерным свойством человека является его уникальность. Критерием проявления единства личности является постоянство поведения человека в разных ситуациях, причем именно в тех ситуациях, где включенность Я максимальна. 

 

 

32.Самоактуализация личности по А. Маслоу.

А́брахам Масло́у (Авраам Масло́в) (англ. Abraham Maslow; 1 апреля 1908, Нью-Йорк — 8 июня 1970) — видный американский психолог, основатель гуманистической психологии.

Маслоу был одним из первых, кто стал изучать положительные стороны человеческого поведения. Его исследования самоактуализирующихся личностей позволили сформулировать позитивный, гуманистический взгляд на человеческую природу. Если прежде психология, особенно психоанализ, изучала людей с различными психическими отклонениями и на основе этого и были сформулированы теории личности, то Маслоу взял в качестве образцов здоровых и реализованных людей, как следствие, он получил новые данные о природе человека.

Как первопроходец в своем направлении, Абрахам Маслоу был не всегда строг со словоупотреблением. Под словом «самоактуализация» А. Маслоу в разное время и разных работах имел в виду разные вещи, а именно — когда-то процесс роста и развития личности, когда-то способ этого роста, а когда-то результат этого роста.

В ранних работах самоактуализация для А. Маслоу — это устремленность личности «ввысь».

«Самоактуализация — это непрерывная реализация потенциальных возможностей, способностей и талантов, как свершение своей миссии, или призвания, судьбы и т.п., как более полное познание и, стало быть, приятие своей собственной изначальной природы, как неустанное стремление к единству, интеграции, или внутренней синергии личности».

Одновременно с этим самоактуализация определяется как «полное использование талантов, способностей, возможностей и т.п.»

«Я представляю себе самоактуализировавшегося человека не как обычного человека, которому что-то добавлено, а как обычного человека, у которого ничто не отнято. Средний человек — это полное человеческое существо, с заглушенными и подавленными способностями и одаренностями» [13, с.91].

В этом понимании самоактуализация — это процесс, процесс полного разворачивание личностного потенциала, личностный рост вследствие естественного разворачивания в человеке того, что заложено в нем природой.

В более поздних работах он предложил уточнить понятия и самоактуализацией называть достижение человеческой зрелости, а развитие и движение в сторону самоактуализации — личностным здоровьем.

«Я считаю, что с точки зрения психологической стратегии было бы полезно различать понятия зрелости, дочеловечивания, самоактуализации, с одной стороны, и понятие здоровья – с другой. Здоровье разумнее было бы трактовать как «развитие и движение в сторону самоактуализации«: в такой трактовке концепция здоровья наполняется особым смыслом и становится вполне доступной для научного изучения». (А.Маслоу. Мотивация и личность).

Таким образом, для зрелого А.Маслоу, самоактуализация — это не процесс, а результат. Самоактуализированный человек – достигший более оптимального, эффективного и здорового уровня функционирования, чем средние люди. Самоактуализация — достижение наивысшего уровня естественного личностного роста, а именно: личностная зрелость, максимальная выраженность психологического здоровья личности, ее высокая психологическая культура, достаточная образованность и социальность.

Маслоу считал, что все самоактуализированные люди имеют общие характерные черты:

Более эффективное восприятие реальности и более удобные отношения с реальностью.

Принятие (себя, других, природы).

Непосредственность; простота; естественность.

Сосредоточенность на проблеме [в противоположность эго-центрированности].

Способность обособиться; потребность в уединении.

Автономия; независимость от культурных штампов и окружения.

Сохраняющаяся свежесть восприятия.

Мистический и вершинный опыт.

Gemeinschaftsgefühl [чувство общности с другими].

Более глубокие и проникновенные взаимоотношения.

Демократичность.

Способность распознавать цели и средства, хорошее и плохое.

Философский, незлобный доброжелательный юмор.

Креативность.

Сопротивление окультуриванию; вне любой определенной культуры.[2]

К числу таких самоактуализированных людей Маслоу относил Авраама Линкольна, Томаса Джефферсона, Альберта Эйнштейна, Элеонору Рузвельт, Джейн Адамс, Уильяма Джеймса, Альберта Швейцера, Олдоса Хаксли и Баруха Спинозу.

 

33.Иерархия потребностей.

 Пирамида потребностей — общеупотребительное название иерархической модели потребностей человека, представляющей собой упрощенное изложение идей американского психолога А. Маслоу. Пирамида потребностей отражает одну из самых популярных и известных теорий мотивации — теорию иерархии потребностей. Эта теория известна также как теория потребностей или теория иерархии. «Я совершенно убежден, что человек живет хлебом единым только в условиях, когда хлеба нет,— разъяснял Маслоу.— Но что случается с человеческими стремлениями, когда хлеба вдоволь и желудок всегда полон? Появляются более высокие потребности, и именно они, а не физиологический голод, управляют нашим организмом. По мере удовлетворения одних потребностей возникают другие, все более и более высокие.

Абрахам Маслоу признавал, что люди имеют множество различных потребностей, но также полагал, что эти потребности можно разделить на пять основных категорий:

1. Физиологические: голод, жажда, половое влечение и т. д.

2. Потребности в безопасности: комфорт, постоянство условий жизни.

3. Социальные: социальные связи, общение, привязанность, забота о другом и внимание к себе, совместная деятельность.

4. Престижные: самоуважение, уважение со стороны других, признание, достижение успеха и высокой оценки, служебный рост.

5. Духовные: познание, самоактуализация, самовыражение, самоидентификация.

Существует также более подробная классификация. В системе выделяется семь основных уровней (приоритетов):

1. (низший) Физиологические потребности: голод, жажда, половое влечение и т. д.

2. Потребность в безопасности: чувство уверенности, избавление от страха и неудач.

3. Потребность в принадлежности и любви.

4. Потребность в уважении: достижение успеха, одобрение, признание.

5. Познавательные потребности: знать, уметь, исследовать.

6. Эстетические потребности: гармония, порядок, красота.

7. (высший) Потребность в самоактуализации: реализация своих целей, способностей, развитие собственной личности.

Согласно концепции А. Маслоу, потребности, расположенные «выше», могут быть осознаны и реально стать мотивирующими только при условии удовлетворенности потребностей, расположенных «ниже» (именно эту идею отражает пирамидальная структура — невозможно начать строительство верхних ступеней пирамиды при отсутствии нижних). При этом потребности первых четырех уровней А. Маслоу обозначал как дефицитарную мотивацию (или D-мотивы), т. е. мотивацию, направленную на устранение дефицита, ощущения недостатка чего-либо: пищи, безопасности, внимания и т. д. Потребности пятого уровня он характеризовал как бытийную (B-мотивы, от англ. becoming — становление) или метамотивацию. Она призвана максимально расширить и обогатить жизненный опыт индивида. В отличие от D — мотивации, предполагающей избавление от напряжения за счет устранения дефицита, B — мотивация способствует возникновению напряжений через увеличение числа объектов, вызывающих интерес. Тем самым генерируется энергия, необходимая для самореализации индивида.

 

34.Понятие «пикового переживания».

«Пиковые переживания» — введённое А. Маслоу обобщающее понятие для переживаний, связанных с внезапными ощущениями интенсивного счастья, полноты существования, которые нередко сопровождаются также сознанием некоторой «абсолютной истины» или единства всех вещей. Маслоу считал подобные переживания важной частью самоактуализации человека, и утверждал, что люди, в наибольшей степени реализующие свой потенциал, испытывают пиковые переживания чаще, чем среднестатистический человек. Также Маслоу связывал с этими переживаниями долговременные эффекты воздействия: одно такое переживание способно полностью изменить жизнь и мировосприятие человека.

 

 

35.Особенности недирективной терапии К. Роджерса.

Карл Рэ́нсом Ро́джерс (англ. Carl Ransom Rogers; 8 января 1902 — 4 февраля 1987) — американский психолог, один из создателей и лидеров гуманистической психологии (наряду с Абрахамом Маслоу). Фундаментальным компонентом структуры личности Роджерс считал «я-концепцию», формирующуюся в процессе взаимодействия субъекта с окружающей социальной средой и являющуюся интегральным механизмом саморегуляции его (субъекта) поведения. Роджерс внёс большой вклад в создание недирективной психотерапии, которую он называл «личностно-ориентированной психотерапией» (англ. person-centered psychotherapy). Президент Американской психологической ассоциации в 1947 году.

Роджерс считал свой метод универсальным, то есть, применимым и эффективным в работе с самыми разными типами клиентов — как для групп (учебных классов, трудовых коллективов), так и для индивидуальной работы (школьников, родителей, ветеранов), для людей разных культур, видов деятельности, религиозных взглядов. В частности, метод применим для разрешения конфликтов — как внутриличностных, так и межличностных и межгрупповых. Клиент-центрированная терапия Роджерса способна решать широкий диапазон практических задач, с которыми сталкиваются клиенты: профессиональные проблемы, проблемы в супружеских отношениях, психосоматические расстройства и т. д. В течение последних лет терапевты наблюдали за тем, как успешно проходит с отдельными клиентами, с всё «более и более глубокой продолжительностью, всё глубже затрагивая и преобразуя саму организацию личности».

Подход Роджерса основывался на его убеждении в том, что человек обладает способностью к самонаправленному изменению личности, поэтому терапевт может быть менее директивным во взаимоотношениях с пациентом, чем это принято в других формах терапии. Терапевт, например, не дает советов, не задает вопросов и не отвечает на вопросы клиента. Вместо этого терапевт пытается отразить то, что сказал клиент и пояснить его чувства. Позднее Роджерс перенес основной акцент своей терапии на понимание самовосприятия клиента. 

Роджерс полагал, что для осуществления позитивных личностных изменений необходимо и достаточно наличие шести терапевтических условий. Они создают основу того, что происходит на сеансах недирективной терапии. 

1. Терапевт и клиент находятся в психологическом контакте. Не может быть никакого позитивного изменения личности вне взаимоотношений. 

2. Клиент находится в состоянии несоответствия между своими переживаниями и “Я”-концепцией.

3. Психотерапевт является гармоничной личностью. Это значит, что терапевт должен находиться в гармонии с собой, своими переживаниями и мыслями; он также должен быть искренним в своих взаимоотношениях с клиентом.

4. Терапевт испытывает безусловное позитивное внимание к клиенту. Терапевт относится к клиенту с теплом, хвалит его как человека, находящегося в процессе становления и не дает оценок его чувствам и переживаниям. Выполнение этого условия позволяет клиенту погрузиться в себя, выразить свои чувства, не боясь упрека, и, в конце концов, интегрировать эти чувства с измененной «Я» — концепцией. 
5. Терапевт чувствует, переживает и понимает внутренний мир переживаний клиента. Выполнение этого условия способствует тому, что клиент также поймет и примет свои переживания, интегрировав их в свою «Я» — концепцию. 

6. Передача клиенту
эмпатийного понимания и безусловного позитивного внимания терапевта. Только когда клиент чувствует, что его принимают, у него появляется возможность достичь позитивного изменения личности. 
Роджерс утверждал, что именно клиент, не терапевт, ответственен за любой личностный рост во время терапии. Психотерапевт создает для изменения необходимые условия, но только клиент является действующим фактором изменения своей личности. Полагая, что при наличии правильных условий люди будут естественно двигаться к росту, актуализации и здоровью, Роджерс на своих сеансах терапии просто создавал эти условия. В этом смысле психотерапевты, придерживающиеся теории Роджерса, скорее «способствуют росту», а не «лечат больных» (как в психоанализе) или «модифицируют поведение» (как в бихевиоральной терапии). Недирективная психотерапия предназначена для того, чтобы устранить несоответствие между переживанием и самостью. Когда человек действует в соответствии с организмическим оценочным процессом, а не с условиями ценности, про него можно сказать, что он является полноценно функционирующим человеком. 

Карл Роджерс особо подчёркивал эффективность клиентцентрированной терапии в игровом взаимодействии с проблемными детьми. В работе по данной области, согласно позиции автора, вербальная коммуникация нередко сведена к минимуму, а в некоторых случаях, мы наблюдаем даже полное её отсутствие. Самым же важным моментом здесь является групповая терапия (кстати она даёт хороший эффект не только при работе с проблемными детьми, но и со взрослыми). Эффект её заключается в наблюдении за действиями партнёра как за наглядным близким примером.

 

36.Я-концепция личности.

 В современной психологии  Я-концепция рассматривается как  один из компонентов личности, как отношение индивида к самому себе. Понятие «Я — концепция» выражает единство и целостность личности с ее субъективной внутренней стороной, то есть то, что известно индивиду о самом себе, каким он видит, чувствует и представляет себя сам. 

Я-концепция – это совокупность установок на самого себя. В большинстве определений установки подчёркиваются три главных её элемента, её три психологические составляющие:
1.Образ Я – предс
тавление индивида о самом себе.

2.Самооценка – аффективная оценка этого представления, которая может обладать различной интенсивностью, поскольку конкретные черты образа Я могут вызвать более или менее сильные эмоции, связанные с их принятием или осуждением.

3. Потенциальная поведенческая реакция, то есть те конкретные действия, которые могут быть вызваны образом Я и самооценкой.

Предметом самовосприятия и самооценки индивида могут, в частности, стать его тело, его способности, его социальные отношения и множество других личностных проявлений.

 

37.Социально-когнитивное направление в психологии.

Бандура отмечает, что до недавнего времени наиболее общим положением, поляризованным различными психодинамическими доктринами, было убеждении том, что поведение человека зависит от целого ряда внутренних процессов (например, влечений, побуждений, потребностей), часто действующих на уровне ниже порога сознания. Хотя эта точка зрения широко распространю: не только среди профессионалов, вопрос о ее концептуальной и эмпирически основе все еще остается открытым. Бандура описывал концептуальные ограничения подобных теорий следующим образом.

О внутренних детерминантах часто делали вывод, исходя из поведения, которому ой предположительно, были причиной, и в результате под видом объяснения давал описания. Наличие импульсов враждебности, например, выводилось из вспышки, которая затем объяснялась действием этого лежащего в ее основе импульса. Подобным же образом существование мотивов достижения выводилось из поведения, направленного на достижение; мотивы зависимостииз зависимого поведения; мот любопытства — из любознательного поведения; мотивы власти — из доминирующего поведения и так далее. Не было ограничения числу мотивов, которые можно было найти, выводя их из того поведения, которое они предположительно вызывали.

Вдобавок к этому, психодинамические теории пренебрегали огромной сложностью и разнообразием реакций человека. С точки зрения Бандуры, внутренняя реальность, состоящая из влечений и мотивов, просто не может объяснить явные колебания частоты и силы данного поведения в различных ситуациях по отношению к различным людям в различных социальных ролях. Можно сравнить, мать реагирует на ребенка дома в разные дни, как она реагирует на свою дочь: отличие от сына в сравнимой ситуации и как она реагирует на ребенка в присутствии своего мужа и без него. Все это является темой для размышления.

 

38.Теория личности А. Бандуры.

Внутренние детерминанты поведения, такие как вера и ожидание, и внешние детерминанты, такие как поощрение и наказание, являются частью системы взаимодействующих влияний, которые действуют не только на поведение, но и на различные части системы.

Вне подкрепления. Многое в поведении, которое мы демонстрируем, приобретается посредством примера: мы просто наблюдаем, что делают другие, а затем повторяем их действия. Это акцент на научении через наблюдение.

Саморегуляция и познание в поведении. Устраивая свое непосредственное окружение, обеспечивая когнитивную поддержку и осознавая последствия своих собственных действий, люди способны оказывать некоторое влияние на свое поведение. Разумеется, функции саморегуляции создаются и не так уж редко поддерживаются влиянием окружения.

Научение через моделирование. Фактически все феномены научения, приобретаемые в результате прямого опыта, могут формироваться косвенно, путем наблюдения за поведением других людей и его последствиями.

Основные процессы научения через наблюдение. Научение через наблюдение регулируется четырьмя взаимосвязанными компонентами: внимание, сохранение, моторно — репродуктивные и мотивационные процессы. Это активный критический и конструктивный процесс.

Процессы внимания: понимание модели. Процессы внимания влияют на то, что выборочно постигается в модели, к которой человек обращается, и на то что приобретается в результате наблюдения. Важно понять правильно характерные черты поведения модели и выбрать, то в чем именно хочется подражать.

Процессы сохранения: запоминание модели. Бандур выделяет две репрезентативные системы – образное кодирование( мысленное видение образа) и вербальное ( человек молча повторяет последовательность выполнения моделируемой деятельности )

Моторно – репродуктивные процессы: перевод пямяти в поведение. Несмотря на то, что человек тщательно формирует и сохраняет мысленные образы поведения модели и повторяет в уме это поведение множество раз, может оказаться, что он не может на деле выстроить поведение правильно.

Мотивационные процессы: от наблюдения к действию. При наличии подкрепления моделирование или научение через наблюдение быстро переводится в действие.

Подкрепление в научении через наблюдение. Люди не только подвержены влиянию опыта, приобретенного в результате своих действий, но и регулируют поведение на основе ожидаемых последствий, а так же создают изх сами для себя.

Косвенное подкрепление. Осуществляется, когда наблюдатель видет действие модели с результатом, который наблюдатель осознает как результат предшествующих действий модели.

Самоподкрепление. Люди устанавливают для себя планку достижений и поощряют или наказывают себя по результатам. По Бандуре есть три процесса, входящие в саморегулирование поведения: процесс самонаблюдения, самооценки и самооответа.   

 

39.Р. Кэттелл. Структура черт личности.

Р.Кэттелл (американский психолог), профессор Иллинойского университета – автор опросника  16 РF. Описание индивидуальных особенностей личности обследуемого проводят только по факторам, выходящим за пределы нормы:
А. Аффектотимия (сердечность, доброта) — сизотемия (обособленность, отчужденность).

В. Интеллект. Высокий интеллект, проницательность, высокоморальные, выдержанные суждения – низкий интеллект, конкретное мышление, суждения низкого морального уровня.

С. Сила «Я». Эмоциональная устойчивость, отсутствие невротических симптомов, реалистическая оценка действительности – эмоциональная лабильность, ипохондрия, нереалистическое отношение к жизни.

D . Флегматичность. Возбужденный (нетерпеливый, невротический) – невозмутимый (терпеливый, настойчивый, предъявляющий требования).

Е. ДоминантностьконформностьНапористый (независимый, строгий, не признающий условностей) – уступчивый (зависимый, скромный, следующий общепринятым правилам).

F . Беспечный – озабоченный.  Склонный к воодушевлению (разговорчивый, энергичный) – сдержанный (молчаливый, ригидный).

G . Сила «Сверх-Я». Высокая совестливость (ответственность, ориентация на общество) – пользующийся удобным случаем (не считается с чувствами других, капризен, эксцентричен, непостоянен).

Н. Прамия (смелость) – тректия (робость).  Предприимчивость (общительность, импульсивность, безрассудность, открытость) – застенчивость (уклончивость, сдержанность).

I . Премсия (мягкосердечность, нежность) – харрия (суровость, жестокость).Чувствительность, дружелюбие, мечтательность – твердость, реалистичность.

J . Коастения  – зеппияИндивидуалистическая – групповая ориентация.

К. Совместимость – нетерпимость. Социальная заинтересованность, чувство ответственности перед людьми, самодисциплина. Добросовествностьнещепетильность, грубость.

L . ПротенсияалаксияПодозрительность (завистливость, раздражительность, требовательность) – доверчивость (уступчивость, соглашение).

М. АутияпраксернияМечтательность – практичность.

N . Хитроумный – наивный. Светский человек – человек без претензий.

О. Испытывающий чувство вины – самонадеянный. Не уверенный в себе (тревожный, испытывающий чувство долга, депрессивный, чувствительный к социальному одобрению) – уверенный в себе (беспечный. Счастливый, не зависящий от общественного мнения).

Р. Беззаботный – заботливый

Q 1. Радикализм (тенденция мыслить аналитически, свободно) — консерватизм (ригидность);

Q 2. Независимость – стремление полагаться на собственные силы в отличие от людей, которые чувствуют себя зависимо.

Q 3. Обращенность на себя —  связан с различными аспектами «Я-концепции» и варьируется от самоуверенности до невротичности.

Q 4. Напряженность – расслабленность.

 

40.Типы личности по Г. Айзенку.

В основе его теории лежит идея о том, что люди различаются на основе наследственности — по реактивности нервной системы, скорости и прочности условных реакций. Эти индивидуальные различия соотносятся личностными измерениями нейротизма и экстраверсии-интроверсии. В исследованиях структуры личности Айзенк выделяет два основных типа измерения личности:

интроверсия – экстраверсия

нейротизм (нестабильность) – стабильность.

Айзенк выделяет 4 группы людей:

1. стабильный интроверт;

2. невротический интроверт;

3. стабильный экстраверт;

4. невротический экстраверт.

Эти четыре категории людей представляют некую комбинацию высокой или низкой оценки в диапазоне одного типа вместе с высокой или низкой оценкой в диапазоне другого типа. С каждым типом ассоциируются характеристики, названия которых напоминают описания черт личности.

Стабильный интроверт — спокойный, уравновешенный, надежный, контролируемый, миролюбивый, внимательный, заботливый, пассивный.

Стабильный экстраверт — лидер, беззаботный, веселый, покладистый, отзывчивый, разговорчивый, дружелюбный, общительный.

Невротический интроверт — тревожный, ригидный, легко поддающийся сменам настроения, рассудительный, пессимистичный, замкнутый, необщительный, тихий.

Невротический экстраверт — ранимый, беспокойный, агрессивный, возбудимый, непостоянный, импульсивный, оптимистичный, активный.

 

41.Развитие экспериментальной психологии в России.

В 1893 году Бехтерев переехал в Петербург, заняв кафедру нервных и душевных болезней в Военно-медицинской академии. Неудовлетворенность лабораторно-экспериментальными методами побудила его выступить с планом разработки естественного эксперимента как метода, при котором преднамеренное вмешательство в поведение человека совмещается с естественной и сравнительно простой обстановкой опыта. Благодаря этому становится возможным изучать не отдельные функции, а личность в целом.

Главным центром разработки проблем экспериментальной психологии стал созданный в Москве Г.И.Челпановым на средства мецената С.И.Щукина Институт экспериментальной психологии. В 1917 году институт начал издавать печатный орган «Психологическое обозрение» (под редакцией Г.И.Челпанова и Г.Г.Шпета). Первый выпуск открывался программной статьей Челпанова «Об аналитическом методе в психологии». По этой статье нетрудно судить о программе, которая предлагалась в ту пору институтом. Челпанов подвергает критике мнение Аха о том, что нельзя считать исследование психологическим, если оно не использует эксперимент.

Совсем другую позицию занял профессор Новороссийского университета (Одесса) Н.Н.Ланге (1858-1921). Именно он в те годы выступал как главный оппонент Челпанова.

Он создал в университете при кафедре философии кабинет экспериментальной психологии с целью развития психологии как объективной науки и преподавания ее как учебной дисциплины. Это была первая университетская лаборатория экспериментальной психологии в России. Работы Ланге ознаменовали начало открытой борьбы за утверждение экспериментального метода в отечественной психологии, которая в то время определялась главным образом как наука о сознании, открываемом субъекту его самонаблюдением.

 

42.Критика аналитического метода Г.М. Челпанова.

ЧЕЛПАНОВ ГЕОРГИЙ ИВАНОВИЧ (1862–1936), русский философ, логик, психолог.

Последней дореволюционной работой Челпанова Г.И. стала «Об аналитическом методе в психологии», основной задачей которой было разработать теорию субъективного метода в психологии как способа «установления отношения между отдельными психологическими переживаниями» с целью систематизации элементарных состояний сознания. Основная суть которого: от простейших элементов сознания — к простейшим состояниям. Исходность этого субъективного метода заключалась в том, что непосредственному наблюдению приписывалась неопровержимая достоверность. Являясь сторонником экспериментальной психологии Вундта, Челпанов Г.И. пытается интегрировать в аналитический метод в психологии интроспекцию или непосредственное наблюдение. Эксперимент предполагает максимальную объективность получаемой информации о состояниях сознания, основой которой, по мнению Челпанова, является самонаблюдение. В этом и заключается основная критика данного подхода. Психическая организация человека гораздо шире, чем полагал о ней Челпанов, огранивая ее лишь рамками сознания, которое открывается человеку через самонаблюдение. В современной экспериментальной психологии метод самонаблюдения считается слишком субъективным для построения системы объективных доказательств тех или иных психических явлений. Поскольку степень дифференциации и называния психических явлений и состояний у всех разная, что не позволяет распространять полученные результаты исследований на обширную выборку.

 

43.Моторная теория внимания Н.Н. Ланге.

Теория Н. Н. Ланге — уже собственно моторная. Внимание в ней — не особое состояние сознания, обеспечиваемое двигательным приспособлением организма, но «целесообразная реакция организма, моментально улучшающая условия восприятия»

По типу реакции, «улучшающей условия восприятия», Н. Н.Ланге предложил различать три вида внимания, в каждом из которых движение соответствующего типа играет ключевую роль.

1.    Рефлективное внимание представляет собой автоматическую настройку органов чувств в ответ на появление какого-либо значимого стимула. Это разнообразные мышечные реакции организма: аккомодация хрусталика, позволяющая приспособить глаз к лучшему видению объекта, рефлекторный поворот головы в сторону источника звука и т. п.

2. Инстинктивное внимание связано с определенной эмоцией, или «инстинктивным влечением», которое встраивается между ощущением и движением. Подобные эмоции вызываются видоспецифичным классом объектов и обычно влекут за собой ряд целесообразных движений. Однако об их цели познающий субъект не задумывается: эти д вижения наследуются им как представителем вида.

3. Волевое внимание предполагает, что цель познавательного акта, который предстоит осуществить, заранее известна познающему субъекту, но достижение ее не обеспечено врожденными видотипическими реакциями. Смысл этого акта в том, чтобы придать исходному представлению большую степень яркости и интенсивности. Но усилить интенсивность образа можно только за счет движений, единственно доступных волевому управлению.

 

44.Рефлексы головного мозга по И.М. Сеченову.

Ещё в «Тезисах» к докторской диссертации Сеченов выдвинул положение о своеобразии рефлексов, центры которых лежат в головном мозге, и ряд идей, способствовавших последующему изучению головного мозга.

В Париже в лаборатории члена-корреспондента Санкт-Петербургской академии наук Клода Бернара (1862) Иван Михайлович экспериментально проверил гипотезу о влиянии центров головного мозга на двигательную активность. Он обнаружил, что химическое раздражение продолговатого мозга и зрительных бугров кристалликами поваренной соли задерживало рефлекторную двигательную реакцию конечности лягушки.

Опыты были продемонстрированы Сеченовым Бернару, в Берлине и Вене Дюбуа-Реймону, Людвигу и Э. Брюкке. Таламический центр торможения рефлекторной реакции был назван «сеченовским центром», а феномен центрального торможения — сеченовским торможением. Статья, в которой Сеченов описал явление центрального торможения, появилась в печати в 1866 году. По свидетельству Чарльза Шеррингтона (1900), с этого момента стало принятой доктриной предположение о тормозящем влиянии одной части нервной системы на другую, высказанное ещё Гиппократом, всеобщему признанию и научности этого предположения Гиппократа мешали представления о необходимости существования для этого всеобъемлющей системы тормозящих нервов, отсутствие которой доказал Сеченов открытием центрального торможения.

В том же году Сеченов опубликовал работу «Прибавления к учению о нервных центрах, задерживающих отражённые движения», в которой обсуждался вопрос, имеются ли в мозгу специфические задерживающие механизмы или действие тормозных центров распространяется на все мышечные системы и функции. Так была впервые выдвинута концепция о неспецифических системах мозга.

 

45.Условно-рефлекторная теория поведения И.П. Павлова.

Новый условный стимул может запустить рефлекторную реакцию, если он некоторое время предъявляется вместе с безусловным стимулом. Например, если собаке дать понюхать мясо, то у неё выделяется желудочный сок (это безусловный рефлекс). Если же одновременно с появлением мяса звенит звонок, то нервная система собаки ассоциирует этот звук с пищей, и желудочный сок будет выделяться в ответ на звонок, даже если мясо не предъявлено. Условные рефлексы лежат в основе приобретенного поведения. Это наиболее простые программы. Окружающий мир постоянно меняется, поэтому в нём могут успешно жить лишь те, кто быстро и целесообразно отвечает на эти изменения. По мере приобретения жизненного опыта в коре полушарий складывается система условнорефлекторных связей.

Такую систему называют динамическим стереотипом. Он лежит в основе многих привычек и навыков. Например, научившись кататься на коньках, велосипеде, мы впоследствии уже не думаем о том, как нам двигаться, чтобы не упасть.

 

 

46.Рефлекторные механизмы невроза.

Идеи И.М. Сеченова о рефлекторной природе психической деятельности, развитые в учении И.П. Павлова о высшей нервной деятельности, и работы К.М. Быкова и сотрудников показали, что условно-рефлекторным путем может быть не только вызвана, но и изменена любая вегетативная функция, включая деятельность желез внутренней секреции, системы крови, а также проницаемость клеточных мембран, процессы обмена веществ, терморегуляция и т. д. Так возникло и сформировалось учение К.М. Быкова о функциональных взаимоотношениях между корой головного мозга и внутренними органами (кортико-висцеральная физиология). В дальнейшем было установлено, что с возникновением патологического состояния коры головного мозга развиваются висцеро-вегетативные расстройства. В общей патологии возникло новое направление — кортико-висцеральная патология, развивавшее представление о кортико-висцеральном генезе весьма многочисленной группы заболеваний человека, являющихся объектами психосоматической медицины.
Кортико-висцеральная теория позволила существенно продвинуться в понимании этиопатогенеза не только многочисленной группы функциональных заболеваний внутренних органов (секреторные расстройства отделов желудочно-кишечного тракта, желудка, печени, кишечника, поджелудочной железы, эндокринные расстройства типа сахарного диабета, тиреотоксикоза, импотенции и т. д.), но и болезней с органическими проявлениями (язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки, атеросклероз, гипертоническая и гипотоническая болезнь, стенокардия, бронхиальная астма, инфаркт миокарда).
Принципиальный вклад в понимание структуры организма и различных аспектов его жизнедеятельности внес П.К. Анохин, сформулировавший в 1935–1970 гг. концепцию функциональных систем, согласно которой формирование и жизнедеятельность организма как системы происходит в процессе реализации его биологической программы при постоянном корригирующем влиянии среды. «Вопрос о соотношении физиологического и психологического является достаточно сложным для научного разрешения, но его изучение чрезвычайно важно для психосоматической медицины, для сближения интересов физиологии, психологии и медицинской практики».

 

47.Объективная психология В.М. Бехтерева.

В.М.Бехтерев (1857 — 1927) психиатр, психолог и неврапатолог. В 1885 году открыл при клинике Казанского университета первую в России лабораторию экспериментальной психологии. В 1894 году открыл аналогичную лабораторию при военно-медицинской академии в Санкт-Петербурге. Психиатрию и объективную психологию он включил в круг наук о мозге. для которых предложил термин “психоневрология”. Он хотел объединить различные разделы неврологии: нейрохирургию, нейропатологию, физиологию и психологию. В первый период своей деятельности он использовал объективные приемы экспериментальных исследований Вундта. Во втором периоде он создал объективную психологию, в которой на основе объективных исследований человека предложил новую систему понятий и новую терминологию. Психологическую деятельность он рассматривает как рефлекторную: внимание – рефлекс сосредоточения, мыслительная деятельность – симводические рефлексы и т.д. В 1907-1912 гг. выходит “Объективная психология”. В третьем периоде Бехтерев создает общие основы рефлексологии. Он сделал вывод о том, что именно соотносительная деятельность (совокупность сочетательных двигательных рефлексов). Он также развивал теорию социальной обусловленности поведения в “Коллективной рефлексологии”. Задачей коллективной рефлексолдогии было изучение способов и появления коллективных рефлексов, образующих в своей совокупности коллективную деятельность. Здесь же Бехтерев пытался установить всеобщие законы, которым подчинен мир неорганический, органический и социальный. Бехтерев эволюционист и материалист, но он скатывался в сторону механицизма и энергетизма.

 

48.Учение о доминанте А.А. Ухтомского.

Самое первое наблюдение, которое легло в основу понятия доминанты, было сделано Ухтомским в 1904 году:

Оно заключалось в том, что на собаке, в период подготовления к дефекации, электрическое раздражение коры головного мозга не даёт обычных реакций в конечностях, а усиливает возбуждение в аппарате дефекации и содействует наступлению в нём разрешающего акта. Но как только дефекация завершилась, электрическое раздражение коры начинает вызывать обычные движения конечностей.

Доминанта, по мнению Ухтомского, есть комплекс определённых симптомов во всём организме — и в мышцах, и в секреторной работе, и в сосудистой деятельности. Она представляется не как топографически единый пункт возбуждения в центральной нервной системе, но как «определённая констелляция центров с повышенной возбудимостью в разнообразных этажах головного и спинного мозга, а также в автономной системе».

Роль нервного центра может существенно изменяться: из возбуждающей становиться тормозящей для одних и тех же приборов в зависимости от состояния, переживаемого нервным центром в данный момент. В различных ситуациях нервный центр может приобретать разное значение в физиологии организма. «Вновь приходящие волны возбуждения в центрах будут идти по направлению главенствующего сейчас очага возбуждения».

Ухтомский считал, что доминанта способна трансформироваться в любое «индивидуальное психическое содержание». Однако доминанта не является прерогативой коры головного мозга, это общее свойство всей центральной нервной системы. Он видел разницу между «высшими» и «низшими» доминантами. «Низшие» доминанты носят физиологический характер, «высшие» — возникающие в коре головного мозга — составляют физиологическую основу «акта внимания и предметного мышления».

Многочисленные исследования, проведённые Ухтомским, его коллегами и независимыми учёными свидетельствовали о том, что доминанта играет роль общего рабочего принципа нервных центров.

 

49.Культурно-историческая концепция Л.С. Выготского.

По Выготскому, необходимо различать низшие и высшие психические функции, и соответственно два плана поведения — натуральный, природный (результат биологической эволюции животного мира) и культурный, общественно-исторический (результат исторического развития общества), слитые в развитии психики.

Гипотеза, выдвинутая Выготским, предлагала новое решение проблемы соотношения низших (элементарных) и высших психических функций. Главное различие между ними состоит в уровне произвольности, то есть натуральные психические процессы не поддаются регуляции со стороны человека, а высшими психическими функциями люди могут сознательно управлять. Выготский пришёл к выводу о том, что сознательная регуляция связана с опосредованным характером высших психических функций. Между воздействующим стимулом и реакцией человека (как поведенческой, так и мыслительной) возникает дополнительная связь через опосредующее звено — стимул-средство, или знак.

Отличие знаков от орудий, также опосредующих высшие психические функции, культурное поведение, состоит в том, что орудия направлены «вовне», на преобразование действительности, а знаки «вовнутрь», сначала на преобразование других людей, затем — на управление собственным поведением. Слово — средство произвольного направления внимания, абстрагирования свойств и синтеза их в значение (формирования понятий), произвольного контроля собственных психических операций.

Наиболее убедительная модель опосредованной активности, характеризующая проявление и реализацию высших психических функций, — «ситуация буриданова осла». Эта классическая ситуация неопределенности, или проблемная ситуация (выбор между двумя равными возможностями), интересует Выготского прежде всего с точки зрения средств, которые позволяют преобразовать (решить) возникшую ситуацию. Бросая жребий, человек «искусственно вводит в ситуацию, изменяя её, не связанные ничем с ней новые вспомогательные стимулы». Таким образом, брошенный жребий становится, по Выготскому, средством преобразования и разрешения ситуации.

 

 

50.Человек, как предмет познания по Б.Г. Ананьеву.

Подход к изучению личности, реализовывавшийся в работах Ананьева, получил название “онтопсихологический” и в свое время явился новым словом в отечественной психологической науке. Этот подход предполагал системное изучение всех возрастных стадий психического развития с их многоуровневой организацией и сложной детерминацией, закономерный характер проявления которой определяется гетерохронной сменой фаз созревания и старения различных функциональных составляющих и структурных блоков индивидных и личностных качеств человека.

Уровни и стороны при характеристике человека (см. рис.1 и рис.2).

Рис. 1. Уровни характеристики человека       Рис. 2. Стороны характеристики человека

Единство онтологии и генезиса в данном случае раскрывается в том, что каждый выше расположенный уровень возникает в условиях ниже расположенного, на его основе, включает его в себя, зависит от него и оказывает на него влияние. Причём главный механизм развития — это различные противоречия. (В частности, у Н.А. Некрасова: «Суждены нам благие порывы, /А свершить не дано ничего…»).

Следствия из этого: человеческих индивидов больше, чем личностей, а личностей больше, чем индивидуальностей. Слово «индивид» многозначно. Будем иметь в виду только те значения, которые учитывают биологическую природу человека. Индивид — это: а) отдельный представитель вида, б) особенное в нём («особь»), в) животный организм. 

Многозначность слова «личность»: а) отдельный человек, б) особенное в нём, в) социальность человека, г) социальность, личное своеобразие и субъектность человека — как уровни интеграции его социальной природы. Многозначность слова «индивидуальность»: а) отдельный человек, б) единичное в нём, в) конкретность человека: его разноуровневость и разносторонность.